Ханимус шагнул ко мне и похлопал по плечу.
Снова послышался шум ветра, и я очутилась в полном одиночестве возле двери в свою комнату.
«Земляничный» коридор был совершенно пуст, свет за окнами померк, зато в простенках мягким золотым светом мерцали большие голубоватые грибы, которые ранее я приняла за стилизованные бра. Ну да, мы же в Древе, а я пока не знаю и миллионной доли его секретов.
«Смерти?!» Это не укладывалось в моей голове.
Я, конечно, все еще желала как-то наказать Верда, но не чувствовала себя настолько важной персоной, чтобы за какой-то маленький засос… Ну ладно, за посягательство на мою честь кого-то казнили… Нет, я точно не желаю Аллакири смерти. В конце концов, именно он меня спас.
И все же одной в коридоре мне было не по себе. Я потянула за ручку двери.
В комнате царил уютный полумрак, лишь посреди небольшого стола возле окна вырос такой же гриб, как в коридоре, только на тонкой длинной ножке. Могу поклясться, днем его здесь еще не было. Из-под шляпки лился неяркий желтоватый свет.
Девчонки сидели за столом и мирно беседовали, прихлебывая из белых фарфоровых чашечек. На блюдцах лежало по куску пирога.
– Льяра, будешь чай? – Тилья захлопотала, не дожидаясь ответа, и через мгновение передо мной на стол опустилась кружка ароматного травяного чая.
– Спасибо!
Подруга кивнула и придвинула ко мне оставшийся пирог.
– Ешь. Если что, есть бутерброды с сыром и кровяной колбасой.
– Мне мама положила, а я ее терпеть не могу, не то что братья, – смутилась Кэс.
– О! Ты еще не знаешь эту историю, – весь вид Тильи выражал предвкушение. – У Кассандры восемь старших братьев! И все они – оборотники!
– Ого! – Я другими глазами посмотрела на нежную, как лепесток белой розы, Кэс, а заодно припомнила родословные главных домов Империи. Не может быть! Это дочь главнокомандующего армии Эрессолда, который стал притчей во языцех, прославившись тем, что у него рождались одни сыновья. Отец все смеялся, Май Эллэ формирует собственное войско. – Так ты и есть Кассандра Эллэ?
– Кассандра Май Литиция Эллэ, если быть точной, – улыбнулась природница. – Хуже другое, двое из них – «Тени Верда», – при этих словах Тилья вскинулась, тревожно глядя на меня. Я едва заметно мотнула головой, чтобы не беспокоилась. – Представляешь, после вчерашнего меня хотели оставить дома. Орали наперебой, как опасно нынче в Академии.
– Знакомая история, – я понимающе улыбнулась. – И как тебе удалось их всех переубедить?
– Пришлось проявить твердость и смекалку, – хихикнула Кэс. – Вид танцующих деревьев защитного периметра вокруг нашего поместья слегка охладил пыл.
Я другими глазами посмотрела на хрупкую девушку. Представляю, мне приходится бороться только с отцом за право быть самостоятельной, а каково же ей? Не думаю, что намного легче. Восемь старших братьев! Бр-р! Страшно представить.
– Бутерброды – буду, – согласилась я, прислушавшись к урчанию в животе.
– Кстати, а ты не знаешь, что делал Верд Аллакири в одних пижамных штанах в нашей ветви? – спросила Кэс.
Почему-то мне не хотелось скрывать ответ от природницы.
– Он приходил просить прощения.
– Что?! – вопрос девушки задали хором.
– Но за что? – переспросила Кэс.
И я вздохнула, убирая в сторону волосы:
– За это.
По недоумевающем взгляду Кассандры и удивленному Тильи, я поняла, что-то не так.
– Льяра, там больше ничего нет, – подтвердила Тилирио мои догадки.
– Как нет? – Я мгновенно очутилась у зеркала.
Жуткий засос и правда исчез, словно его и не бывало.
– Чего нет? – заинтересованно уточнила Кэс.
– Ханимус! – осенила меня догадка. – Это он все убрал, но когда? – Я повернулась к девчонкам. – А какая направленность у нашего ректора?
– Разве ты не знаешь? – По моему лицу было понятно, что вопрос излишен, и Тилья тут же ответила: – Все три.
– О как… Значит, он и убрал это позорище. Тем лучше. – Я вернулась к столу, а точнее, к бутербродам и куску малинового пирога. – Восхитительно! – похвалила я незатейливый ужин.
– Да о чем вы? – Кассандра теряла терпение, мучаясь от любопытства, и было совсем нехорошо держать ее дальше в неведении.
– Верд напал на меня сегодня вечером и стал приставать, – самым неприличным образом набив рот, ответила я. – Ректор сказал, это его зверь взбесился, ну или что-то вроде того.
