– Ты, о моем отце?
Тилья кивнула, нахмурив брови. Она еще некоторое время собиралась с мыслями, но потом приступила:
– Сначала я кое-что хочу спросить, – и, не дожидаясь моего согласия, задала собственно вопрос: – Слышала, что у очень сильных теневиков есть ручные тени, которые не покидают их никогда. Это правда? Льяра, ты видишь его тени?
Вопрос меня несколько озадачил. Я с детства к ним привыкла и только сейчас вдруг осознала, что это нечто необыкновенное.
– Да, иногда вижу. Даже часто. Например, если отец сердится или взволнован.
Тилья удовлетворенно кивнула.
– А при этом их видят другие люди? Как они себя ведут?
– Да, их видят все одновременно. Тени ведут себя как тени, – я даже улыбнулась. – Шевелятся, стараются коснуться тех, кто неподалеку. Пытаются напугать, но обычно не опасны, да и отец их хорошо контролирует.
– А тебя они хоть раз касались? Страшно?
– Конечно, касались, часто. Но меня они не пугают, скорее наоборот. Хотя, возможно, дело в том, что я дочь их хозяина. Или в том, что совсем не боюсь.
– И что ты при этом чувствовала? – лицо подруги было напряжено, она пытливо всматривалась мне в глаза, будто силясь постичь какую-то истину.
– Приятную прохладу. Постой! – тут меня осенило. – Так ты хочешь сказать, что видишь тени моего отца, когда их не видят все остальные?! – Если я права, это просто невероятно!
Тилья горячо затрясла головой.
– Но… Как такое может быть? Только отец может их видеть, когда пожелает.
– Похоже, он не понимает, что я их тоже вижу. Причем, мне кажется, их поведение для него в новинку. А мне так неловко! И немного страшно…
Вот так новость. Нет, ну про страшно, я еще могу понять, но неловко? Я обняла подругу успокаивая.
– Чего же тут неловкого? Ну то, что странно, это да. Слушай, а, может, это у тебя такая особенность? Ты раньше не замечала за собой подобного? Когда это началось?
Подруга задумалась.
– До встречи с лордом Сатемом в кабинете ректора я ничего такого не замечала. С другой стороны, я раньше с такими сильными Теневыми магами и не общалась. Мне просто не с чем сравнить.
– А здесь в Академии? Присмотрись повнимательнее. Студенты, конечно, маловероятно, но, может, магистр Гофф?
Тилья помотала головой.
– Или Гофф недостаточно сильный, или… Вот бы как-нибудь узнать у твоего отца, это, вообще, нормально? Может, дело вовсе не во мне? Может, это он так специально делает?
Она снова покраснела.
– Ты, о чем? – я вдруг поняла, здесь кроется что-то еще.
– Льяра, я не только вижу тени. Они… Они меня касаются. И они… Вовсе не холодные… Это так странно. Приятно и жутко одновременно… И я не понимаю, что со мной творится в такие моменты… – Тилья закрыла лицо руками.
А я не знала, что и сказать. Нет, вообще мой отец не похож на сумасшедшего извращенца. Хотя, теперь я уже ни в чем не уверена. Особенно после того, как он решил выдать меня замуж за Галэна.
– Ух! – откинулась на подушки, рассматривая узор на потолке. – В любом случае теперь я не смогу у него ничего спросить.
– Ну, может, как-нибудь исподволь? Осторожненько? – в глазах Тильи мелькнула надежда.
– Нет! Тилья, я с отцом сильно поссорилась вчера.
– Это из-за… Ой, нет! Только не говори, что Галэн не врет?! – Подруга в ужасе закрыла рот руками.
Я мрачно кивнула.
– Великая Мать! – Теперь уже Тилья крепко обняла меня. У нас у обеих на глазах выступили слезы.
Но все же оставался еще один вопрос.
– Тилья, тогда я случайно подслушала ваш разговор с Кэс. Ты сказала, что едва не упала в обморок, когда лорд Сатем к тебе прикоснулся. Он тебе нравится?
– Прости, Льяра, ничего не могу с собой поделать. Но… с тех пор как я его увидела в кабинете ректора, со мной что-то случилось. А потом в комнате… На меня в прямом смысле набросились его тени и не выпускали, пока он не ушел. Да еще этот его заинтересованный взгляд. Знала бы ты, чего мне стоило делать вид, что ничего не происходит! Это так странно на меня действует. Я ничего подобного раньше не чувствовала… Нет, я не влюблена и не думаю о нем постоянно, но стоит нам встретиться, и меня будто подменяют. И такое в голову лезет… И, похоже, чем больше лезет, тем больше рады его тени… – Подруга снова покраснела как помидор и уткнулась лицом в подушку. Потом она осторожно выглянула. – Ты меня ненавидишь?
