радовал её.
Но двадцать семь человек, погибших во время всего этого, не оставляли её. Так много ран, так много страданий. Что чувствует Йонас, чтобы оправдать столько невинных жизней?
- Мне жаль, что всё так сложилось, - промолвила Клео.
- Я знаю, принцесса, но не теряйте веру. Йонас желает нам лучшего.
Клео повернула аметистовое кольцо, пытаясь получить силы от него.
- Да, для нас, но напротив для принца Магнуса.
- Мне нравится так думать.
Воспоминания о прошлой ночи вспыхнули в её уме. Она направлялась в храм просто так, чтобы молиться и молчать со своими мыслями. Но он пришёл.
Подумать только, она была на секундочку так близко к… к чему? К тому, чтобы доверять ему? Полагать, что он что-то большее, чем жестокий мальчик, которому нравится её пытать?
Она была такой дурой.
- Ненавижу его, - выплюнула она, - ненавижу так сильно, как только это возможно!
Нерисса сплетала длинные золотистые пряди Клео в густую косу, которую после уложила в свободный пучок на затылке, прежде чем закрепить его.
- Да, безусловно, это ваша проблема.
Было ли решение в её тоне?
Клео моргнула от удивления.
- Прости?
- Ненависть подобна огню. Она сжигает своего владельца. И очень трудно увидеть истины в её пламени.
Нерисса была слишком мудра, несмотря на свои восемнадцать лет.
- Ты совершенно права, - сказала Клео, и её брови сошлись в одну линию, когда она вспомнила свой разговор с принцем. Она прошла мимо ослепляющего пламени ненависти к парню, что бросил смерть Теона ей в лицо, что заставил её сожалеть о мыслях, что она могла бы доверять ему.
Но она была не единственной, кто поделился тёмными истинами прошлой ночью. Магнус говорил, что влюблён в Люцию – это откровение казалось более шокирующим, чем подтверждение его чувств по отношению к ней.
Может быть, Магнус понял, что открыл себя слишком сильно, отбросил ненавистные маски, что скрывали его настоящего. Он знал, что следует оттолкнуть её, прежде чем он расскажет о себе слишком многое… И то, что у него с Клео было общим.
У него получилось вчера.
Но сегодня был новый день.
Клео позволила себе манипулировать памятью смерти Теона, и Магнус оттолкнул её, когда она оказалась слишком близко.
Нерисса была права. Огонь сжигал. Огонь ослеплял.
"Ты умён, Магнус, - подумала она, - очень умён".
Но недостаточно умён.
***
С каждым шагом, когда она приближалась к комнатам Магнуса, Клео колебалась между доверием и сомнением в своих попытках.
Естественно, поведение Магнуса было грубым, а его манеры неприятными в любом случае. Но он спас её. Помог ей. И хранил свои секреты.
Она должна найти к нему подход.
Когда она дошла до его двери, то позволила себе на мгновение остановиться.
"Я могу это сделать, - сказала она себе, - мне надо быть сильной".
Она подняла руку, чтобы постучать, но прежде, чем сделала это, дверь распахнулась, и она столкнулась лицом к лицу с принцессой Амарой.
Амара улыбнулась.
- Доброе утро, Клео.
Ошеломлённая, Клео просто стояла и могла лишь моргнуть.
- Амара… Не ожидала увидеть тебя здесь, - её взгляд упал на не до конца завязанную шнуровку её платья.
Брови Амары сошлись в одну полосу.
- О, дорогая… Но это не проблема, не так ли? Я подумала, основываясь на том, что слышала, что это не слишком важно для тебя.
Клео посмотрела мимо Амары, увидев, что Магнус приближался к дверному проёму. Его тёмные волосы были спутаны, и рубашка была немного расстёгнута, открывая куда больше голого тела, чем она видела когда-либо у него прежде.
