Он приказал гудеть, чтобы общественность ушла.
У нас времена демократические, и во всем должен быть порядок. Иван Иванов не мог давить общественность. Он высунулся из машины и стал уговаривать людей, объясняя свои поступки заботой о родине.
Тем временем мальчик, которому надоела бродячая жизнь, закричал:
– Дядя Лев Христофорович! Возьмите меня! Мы будем в шахматы играть.
– Вот именно, – смело ответил Минц и пошел к черной «Волге».
И наверное, вся эта история закончилась бы благополучно, если бы не темная тень, упавшая с неба.
Оттуда, от самых облаков, медленно опустился черный-черный вертолет. Из него вышли люди в черных костюмах и черных масках. С черными-черными автоматами и гранатометами в руках. Ботинки у них были черные-черные и начищенные до блеска.
Они выстроились в два ряда, а между ними к мальчику медленно подошел высокий мужчина с задумчивым лицом и длинной бородой. Одет он был в черный-черный халат, а на голове у него была белая-белая чалма.
– Здравствуй, мальчик, – сказал он.
Остальные замолкли, потому что испугались. Даже Иван Иванов оробел.
– Здравствуй, дядя, – сказал Вася.
– Правду ли говорят, что ты глазами можешь поджечь или взорвать что угодно?
– Да, – сказал мальчик. – Когда я играю в оловянных солдатиков, то я стреляю из оловянных пушек. Ба-бах – и нет солдатика!
– Очень хорошо, – сказал бородач. – Я хочу тебя проверить. Ты не возражаешь?
– Попробуем, – сказал малыш.
– Старик, – обернулся бородач к Удалову, – что у тебя в сумке?
– Картошка, – сказал Удалов.
– Кинь сумку вон туда.
– Зачем?
– Я не люблю повторять просьбы, – сказал бородач.
И Удалов понял, что бородач не повторяет просьб, а все люди в черном наставили на Удалова черные дула черных пистолетов и автоматов.
Удалов кинул сумку с картошкой в сторону.
– Взрывай! – приказал бородач.
Мальчик послушался бородача и нахмурился.
Раздался взрыв, не очень громкий и не очень яркий, но на месте сумки осталось черное пятно.
– Хорошо, – сказал бородач. – Отлично. Если в сумке будет тротил, страна дьявола содрогнется.
– Вах! – сказали люди в черном.
– Что ты хочешь, маленький джигит? – спросил бородач.
Мальчик прищурился.
Все на улице затаили дыхание. Мальчик был не по летам разумен.
– Как тебя зовут? – спросил мальчик.
– Обычно меня называют Усама бен Ладен, – ответил бородач. – Но что в имени тебе моем?
– У меня нет отца, – сказал мальчик. – Наш папа Гриша нас бросил.
– Как нехорошо! А ну, позови своего папу, мы ему скажем, чтобы он тебя отныне не бросал.
– Но мне не нужен такой папа, – сказал мальчик. – Я хочу, чтобы ты стал моим папой.
Бородач бен Ладен начал смеяться. Он долго громко смеялся, и так заразительно, что многие на улице, несмотря на ужас, тоже засмеялись.
– Зачем тебе такой папа? – спросил бен Ладен. – За мной охотятся все армии христианского мира.
– Ты настоящий мужчина, – сказал мальчик.
– Это правильно, – подтвердил бен Ладен.
– Я буду для тебя взрывать, что прикажешь, – сказал мальчик.
Бен Ладен задумался.
– Хорошо, ты будешь у нас сын бандформирования.
– Нет, – сказал мальчик, – сначала ты женишься на моей маме.
Бен Ладен взревел от негодования, а потом спохватился и спросил:
– Кто здесь мать этого джигита?
– Я. – Тамара, смущенная, грубовато красивая, сделала несмелый шаг вперед.
