Нам нужно восстановить страну, накормить людей. Теперь уже поздно.
– Мы можем победить их?
Таниэль постепенно начал приходить в себя. Это было неприятное ощущение. Как будто в его голове стучал кузнечный молот.
– Может быть. Церковь угрожает отойти в сторону. Точнее говоря, перейти на сторону Кеза. Им не понравилось, что я столкнул Никслауса в озеро. Этот напыщенный болван Черлемунд говорит, что пытается переубедить их. Я верю ему. Я обязан ему верить. В конце концов, до того, как стать Первосвященником, он был гражданином Адро.
Таниэль спустил ноги с кровати и застонал. Все тело болело. Голова тоже. Какая бы счастливая случайность, или магия, или что-то еще ни спаслаи жизнь Таниэля в университете, это не избавило его от дальнейших страданий.
– Я нанял нового повара, – сказал Тамас.
Таниэль удивленно посмотрел на отца. С какой стати его должно это беспокоить? У него и так все болит. Нужно просто вдохнуть немного пороха, но Поэль все попрятала.
– Он говорит, что он воплощение Адома, – продолжал Тамас. – Следовало бы арестовать этого проходимца, но он невероятно хорошо готовит. Говорят, накормил половину моей армии. Не знаю, как ему это удалось, но ребятам он понравился. Скоро начнется война, а этот безумный повар быстро становится самым популярным человеком в армии. И…
– Ладно, выкладывай, – перебил его Таниэль.
– Что выкладывать?
– Ты ходишь вокруг да около. Как всегда, когда хочешь попросить меня сделать то, что мне не понравится.
Тамас умолк. Таниэль с бесстрастным выражением лица наблюдал его внутреннюю борьбу. Он в первый раз остался наедине с отцом за последние… сколько же времени прошло – четыре года? Он обратил внимание на то, что Тамас носил дуэльные пистолеты, которые Таниэль привез из Фатрасты. Судя по виду, отец часто ими пользовался.
Тамас глубоко вздохнул, погасил улыбку и уставился в потолок:
– Мне нужно, чтобы ты убил Бо.
– Что?
Тамас рассказал про Узы. Это было долгое объяснение с большим количеством необязательных подробностей. Таниэль почти не слушал. Что-то об инспекторе и Завете. Судя по интонациям отца, Тамас не хотел рассказывать все это. Только обстоятельства вынуждали его открыть карты.
– Почему именно я? – спросил Таниэль, как только отец замолчал.
– Если бы мне было нужно избавиться от Сабона, я бы попросил его об этой услуге. Я чувствовал бы себя подлецом, если бы поручил это кому-то другому.
– И ты думаешь, что я смогу убить своего лучшего друга?
– Бо очень силен, не спорю. Я пошлю с тобой помощников.
– Я не об этом. Я знаю, что смог бы застрелить его. Вероятно, я смог бы, не вызывая никаких подозрений, подобраться к нему достаточно близко, чтобы пустить в дело пистолет. Но ты действительно думаешь, что я смогу себя заставить сделать это?
– А разве не сможешь?
Таниэль смотрел на свои руки. В последний раз он видел Бо больше двух лет назад, в тот день, когда отплывал в Фатрасту. Бо провожал его. Как еще мог поступить друг? Теперь мир изменился. Таниэль убил десятки людей. Его невеста переспала с другим. У его страны больше нет короля. Кто может поручиться, что Бо остался тем же самым?
Таниэль сжал кулаки. Как он посмел? Как посмел Тамас прийти сюда и просить его об этом? Разумеется, Таниэль – солдат Адро, но, кроме того, он еще и сын Тамаса. Имеет ли это какое-то значение?
– Я не стану делать этого, если ты попросишь меня, – сказал Таниэль. – Если ты попросишь меня как сына. Если ты отдашь приказ своему пороховому магу, то… тогда я сделаю это.
Лицо Тамаса застыло. Он понял, что это был вызов. Отец Таниэля терпеть не мог вызовов. Тамас поднялся.
– Капитан, приказываю вам уничтожить Избранного Борбадора из крепости Горного дозора на Южном пике. Принесите мне в доказательство драгоценный камень, который он всегда держит при себе.
– Да, сэр. – Таниэль прикрыл глаза.
Сукин сын. Он действительно хочет заставить Таниэля убить лучшего друга.
Таниэль подумал, не пустить ли заодно пулю в голову Тамасу, после того как разберется с Бо.
– Я пошлю с тобой Жулен.
– Нет. – Таниэль резко открыл глаза. – Я не буду с ней работать.
– Почему?
