– Рассуждать сейчас некогда. – Талия отстегнула хлыст-ищейку и стиснула тяжелую рукоять. – Пойду выясню.
– Одна? – ужаснулась Редон.
– Вплотную-то подбираться не надо. Со мной хлыст-ищейка, а это еще одна пара глаз. Вы пока идите по этой дорожке к деревьям. Я догоню.
– Погодите, у нас же Чудо-Птица есть! – вскинулся Катбертсон. – Давайте ее используем.
– Как? – спросила Талия.
– Сова пролетит над толпой, а вернувшись, расскажет, что видела. Для этого абстракция не нужна, верно, малышка?
Чудо-Птица защелкала клювом.
– Я птица чудесная, – похвасталась она. – Я летать могу.
– В стыковочном узле она казалась живее и смышленее, – заметила Талия.
Катбертсон поднял руку – Чудо-Птица захлопала блестящими металлическими крыльями.
– Она понимает, что делать. Выпустить ее?
Талия глянула на хлыст-ищейку. Его способности пригодятся потом, а сейчас воздушная съемка принесет не меньше пользы.
– Выпускайте, – согласилась она.
Катбертсон поднял руку выше. Чудо-Птица разжала когти, энергично замахала крыльями. Талия наблюдала за совой, пока та не исчезла за башней. Птица то набирала, то чуть теряла высоту; солнце играло на тонких перьях из фольги.
– Она вернется? – спросила Талия.
– Доверьтесь Чудо-Птице, – посоветовал Катбертсон.
Совы не было долго. Все уже разволновались, но вот она появилась с другой стороны башни, снизилась по спирали и неловко села Катбертсону на руку. Тот зашептал, и сова ответила тоже тихо.
– Что-нибудь выяснилось? – спросил Келлибо.
– Сова все записала, говорит, что видела людей и машины.
– Машины? – прищурившись, переспросил Келлибо.
– Вероятно, сервороботов. Больше она ничего не рассказывает. Сова – птица умная, но она докэлвинистской модели.
– Прождали впустую, – посетовал Келлибо.
– Спрячемся в тень и убедимся, что время потрачено не зря.
– Зачем, во имя Вой, нам в тень прятаться? – не выдержал Келлибо.
– Спрячемся, тогда и увидите. – Катбертсон осторожно коснулся совиных глаз-бусинок.
Талия разгадала его замысел – птичьи глаза очень напоминали лазерные проекторы – и огляделась по сторонам. Только бы не пришлось возвращаться в фойе!
– А если туда? – Мэриэл Редон показала на тень арки декоративного моста через пруд.
– Отлично! – похвалила Талия.
Они добежали до арки. Катбертсон опустился на колени, и совиная голова оказалась сантиметрах в тридцати от темных мраморных плит.
– Ну, малышка, показывай, что записала, после того как я тебя отпустил, – скомандовал Катбертсон.
Сова потупилась. На темно-сером мраморе появился яркий квадрат, а в нем фигурки людей, уменьшавшиеся по мере того, как птица набирала высоту. Точка наблюдения изменилась – сова отвернулась. Квадрат заполнила голубая дымка, в которой просматривались далекие дороги, парки и жилые дома, потом розовато-белый шпиль башни, где находится центр голосования. Башня расширилась и повернула вправо – это сова пронеслась мимо нее. Точка наблюдения плавно опустилась вниз, к поверхности анклава, – в квадрате поплыли геометрически правильные участки травы и воды. Вот эскалатор, ведущий на железнодорожную станцию, вот большой зеленый квадрат с муравьями, точнее, с фигурками людей, их несколько десятков.
– Погоди! – скомандовал Катбертсон. – Малышка, сделай стоп-кадр и дай крупным планом центр картинки.
Изображение увеличилось, «муравьи» превратились в людей. Человек пятьдесят-шестьдесят или больше, если в поле зрения совы попали не все. Они уже не стояли кто как и не разбивались на охваченные тревогой и страхом группы. Нет, люди жались друг к другу плотнее, чем допускалось обычными нормами этикета. Разум Талии уже приготовился выдать объяснение, но ее опередили.
– Их собрали вместе, – очень тихо проговорила Мэриэл Редон. – Роботы их караулят.
Талия видела, что девушка права. Людей окружили сервороботы, штук двенадцать, не меньше. Их квадратные силуэты даже с высоты не спутаешь ни с чем. Одни передвигались на колесах и гусеницах, другие на гибких валиках, третьи на ногах. Талия узнала по крайней мере одного из ярко-голубых садовников, которых видела по пути к центру голосования. Вспомнилось, как зловеще блестели руки с инструментами, когда он выстригал павлина из живой изгороди.
– Жуткая картинка, – проговорила Талия.
– Наверняка дружинники попросили роботов помочь, – сказал Келлибо.
