отравили ядовитым реагентом.
Хранитель музея посмотрел на Талию. «Другим уши три, а мне даже не пробуй», – говорил его многозначительный взгляд.
– Так абстракция по чистой случайности отключилась в тот момент, когда вы ставили обновление?
– Трудно поверить, но похоже на то.
– Вот так совпадение!
Талия мрачно кивнула:
– Согласна с вами, но сейчас думать об этом некогда. Сейчас нужно думать лишь о выживании. Тесигер, кем бы он ни был, правильно сделал, что ввел военное положение и не допустил паники. На его месте я поступила бы так же, даже если бы дружину пришлось пополнить сервороботами.
– Роботы не отвели людей в безопасное место, – проговорил Катбертсон звенящим от волнения голосом. – А караулят их, как пленников. Что-то там неладно.
– Не согласна. Роботы наверняка получили задание до того, как Тесигер записал свое обращение. Учитывая все произошедшее – абстракция пропала, энергия отключена, – неудивительно, что люди перепугались, когда изменилось поведение роботов. А ведь роботы всего лишь выполняют приказы. Дружинник улыбнулся бы, рукой помахал, но, по сути, сделал бы то же самое. Толпа заметно успокоилась, когда Тесигер объяснил, в чем дело.
– Талия права, – проговорила Редон. – Криков сейчас почти не слышно.
– Что же нам делать? – спросил Келлибо. – Влиться в толпу?
Талия решила не упускать золотого шанса:
– Если хотите, останавливать не стану. Но в отличие от сограждан вы уже под защитой «Доспехов». Она надежнее любых местных мер обеспечения безопасности, включая комендантский час на территории всего анклава.
– Вы же говорили про какой-то яд в воздухе? – напомнила Редон.
– О токсичном реагенте упоминал Тесигер. Наверное, он располагает сведениями о том, что подобное планировалось. По-моему, Тесигер преувеличивает опасность, перестраховывается.
– Это лишь ваши догадки, – проговорила Редон, с тревогой глядя на Талию.
– Верно, догадки, – кивнула та. – Но подумайте сами: чтобы не допустить панику, Тесигер собирает людей в большие группы и держит на свежем воздухе.
– Все высотные здания герметичны, – сказал Келлибо, словно только что это понял. – Их проектировали так, чтобы выдержали любой взрыв. Почему Тесигер не ведет людей в здания?
– Наверное, поведет, как только наберутся большие группы. Люди закроются в зданиях и больше никого не впустят. Если воздух и впрямь отравлен, а укрыться успеют не все, что тогда?
– Ничего хорошего, только разве нам это на руку? – спросила Редон.
– На руку, – ответила Талия. – Самое разумное для нас – двигаться дальше. Мой хлыст-ищейка оснащен хемосенсором, который распознает ядовитые вещества задолго до того, как их концентрация в воздухе станет опасной.
– А потом? – не унималась Редон.
– Потом, если понадобится, разыщем убежище. Но главная цель – добраться до моего корабля. Там мы будем в безопасности.
– Что ждет тех, кто остался у центра голосования?
Талия взглянула на башню с шаром наверху.
– Сейчас я не в силах им помочь. Шар герметичен, значит от яда они защищены. Пусть сидят там, пока помощь не подоспеет.
Парнасс шумно перевел дух и кивнул.
– А мы пойдем дальше.
– Хоть недовольной толпы можно не бояться, – проговорил Катбертсон. – Если роботы берут всех под охрану…
– Толпы можно не бояться, – согласилась Талия. – А вот встреча с роботами-дружинниками нам совершенно ни к чему.
– Разве они не пропустят нас, если объяснить, что ты из «Доспехов»? – спросил Келлибо.
– Надеюсь, что пропустят, но не хочется проверять. Перед каждым действием робот у Тесигера не консультируется, он выполняет стандартную программу защиты гражданского населения.
– Значит, надо прятаться от роботов, – проговорил Келлибо. – Задача не из легких, префект. Вы хоть представляете, сколько здесь машин?
– Наверное, миллионы, – ответила Талия. – В таких условиях нам придется сделать максимум. Отправлю хлыст вперед, на разведку. – Она отстегнула хлыст и позволила ему расправить хвост. – Режим передового дозора, проверка двадцатиметровой зоны. Выполнять немедленно.
Хлыст-ищейка зигзагами устремился вперед, двигаясь так быстро, что простым глазом не разглядишь.
– Мы идем? – спросил Келлибо.
Талия дождалась, когда хлыст вернется и кивнет рукоятью с лазерным глазком, давая понять, что в двадцатиметровой зоне безопасно.
