— Почему ты считаешь, что у меня розовое лицо? — обиженно спросил он.
Мачту корабля украшал королевский герб Теода: золотой эйон Тео на синем фоне. Вытянутый и хищный, теодский парусник считался самым быстроходным судном. Он никак не мог добираться до Арелона целых шесть дней; даже пузатый купеческий корабль доплыл бы быстрее.
Сарин посчитала своим долгом устроить патриарху более достойную встречу, чем получила по прибытии в Каи сама. Он ей не нравился, но принцессе с детства внушили, что неприязнь не является достаточным поводом для того, чтобы вести себя невоспитанно, поэтому в доки она прибыла в сопровождении Шудена, Иондела, Люкела и небольшого отряда легионеров в качестве почетной стражи.
Узкий корабль легко вошел в док, и, как только якорь коснулся дна, матросы перекинули трап. Одетый в синюю мантию патриарх проследовал на берег в сопровождении свиты жрецов; он любил, когда ему прислуживали. При появлении Сейналана принцесса напустила на себя выражение вежливого внимания.
Лицо высокого патриарха поражало утонченностью черт. Светлые, рассыпанные по плечам волосы сливались с золотистым плащом. Золотое шитье украшало синюю мантию так густо, что ткань едва проглядывала. На губах патриарха играла снисходительная улыбка бесконечного терпения к окружающим его глупцам.
— Выше высочество! — произнес Сейналан. — Как долго ваши милые черты не радовали моих старых глаз.
Сарин выдавила улыбку и присела в поклоне под взглядом «старых» глаз патриарха. Ему было около сорока, но Сейналан старался производить впечатление человека старше и мудрее своих лет.
— Ваша святость, — ответила девушка, — вы освятили землю Арелона своим приездом.
Он кивнул, соглашаясь, что Арелону крупно повезло, и бросил взгляд на придворных.
— Кто ваши сопровождающие?
— Позвольте вас познакомить с моим кузеном Люкелом, бароном Шуденом и графом Ионделом.
Каждый поклонился, когда Сарин их представила.
— Граф и барон? — разочарованно уточнил Сейналан.
— Герцог Ройэл передает вам свое почтение, ваша светлость. К сожалению, он занят подготовкой к погребению короля Йадона.
— Вот как, — протянул патриарх. Его не тронутые сединой волосы трепал морской ветер. Принцесса не раз ловила себя на зависти к его прекрасным локонам. — Полагаю, я не опоздал на похороны?
— Нет, ваша святость. Они состоятся сегодня в полдень. Могу я спросить, что задержало вас в пути?
— Шторм. — Патриарх махнул тонкой рукой. — Чепуха.
— Если он задержал вас на три дня, то это далеко не чепуха, ваша святость.
— Доми оберегал меня в пути, — небрежно ответил Сейналан. — Пойдемте, вы покажете, где я могу остановиться.
— Какая жалость, — вздохнул Люкел, когда они сели в карету.
Благодаря любезности Ройэла патриарха ожидал собственный экипаж, и подарок несколько загладил его недовольство от отсутствия герцога.
— Он не оправдал твоих ожиданий? — спросила Сарин.
— Люкел имел в виду другое, — поправил ее Шуден. Принцесса удивленно посмотрела на кузена.
— Тогда что?
— Я надеялся, что будет веселее. — Люкел пожал плечами и откинул падавшие на скулы пряди волос.
— После вашего описания он с нетерпением ожидал сегодняшней встречи, ваше высочество, — неодобрительно пояснил Иондел. — Он надеялся, что вы поругаетесь.
Сарин наградила кузена испепеляющим взглядом.
— Я его не люблю, но это не означает, что я собираюсь устроить скандал. Ты забыл, что я долго возглавляла теоданские посольства.
Люкел покорно закивал.
— Вынужден признать, Сарин, — сказал Шуден, — ваша оценка патриарха кажется сдержанной. Остается недоумевать, как он занял столь высокий пост.
— По ошибке, — пробурчала принцесса. — Сейналан получил его около пятнадцати лет назад; он тогда был примерно вашего возраста, барон. Вульфден стал вирном, и старейшин Шу-Корат пугала его неутомимая энергия. Они почему-то решили, что нам необходим патриарх — ровесник Вульфдена. Так нас осчастливили Сейналаном.
Шуден приподнял бровь.
— Я полностью с вами согласна, — кивнула Сарин. — Но надо отдать им должное: Вульфдена называют самым красивым из вирнов, и старейшины хотели противопоставить ему достойного противника.
