«Ганцфельд».
Значит, не компьютер, если не считать допросного интерфейса. И не телепатия — не совсем. Нечто более грубое. Слабые квантовые сигналы человеческого сознания, отгороженные от шума и сенсорной статики. В столь полной тишине можно с большой долей вероятности предположить, на что смотрит подопытный или что он слушает. Почувствовать опосредованное эхо отдаленных эмоций. С правильной изоляцией и стимуляцией узнать можно много.
Так рассказывали Дежардену, но раньше он никогда не испытывал ничего подобного.
— Хорошо. А теперь подумай о заданиях, которые тебе давали в УЛН за последний месяц.
«Mange de la marde». Если какой-то бесплотный голос велел ему подумать о чем-то, это еще не значит, что он сейчас вытянется по стойке «смирно» и...
— О, знакомый паттерн. Ахилл, выполни маленькое упражнение: что бы ты ни делал, не думай о красноглазом бабуине с геморроем.
«Твою ж мать».
— Видишь? Ничто так не обречено на поражение, как попытки о чем-то не думать. Продолжим? Подумай о заданиях УЛН за последние шесть месяцев.
«Красноглазый бабуин с...»
— Подумай о землетрясениях, о цунами. Подумай о любых возможных связях.
«А это не угроза безопасности? Разве Трип Вины не должен сейчас как-то себя проявить?»
Землетрясения. Цунами. Он не мог выкинуть их из головы.
«А может, и проявил. Может, у меня уже конвульсии, но тела я не чувствую. Откуда мне знать?»
Пожары.
«Боже! Я сейчас все выдам...»
— Подумай об алгоритмах сдерживания и локализации. Подумай о косвенном ущербе.
«Прекрати, хватит...»
— Ты это спланировал?
«Нет! Нет, я...»
— А знал заранее?
«Да как я мог, они же мне ничего не говорят...»
— То есть выяснил потом?
«Если Трип работает, моему телу уже конец. Ах ты ж тварь, кровью блюющий серповидноклеточный урод...»
— Ты одобрил их действия?
«Это что за тупой вопрос?»
А потом ничего, очень-очень долго.
«Ужасно себя чувствую. Эй, минуту...»
Отчаяние, вина, страх — это все химические вещества. Гормоны, нейротрансмиттеры — варево, кипящее не только в мозгу, но и в железах по всему телу. Физическому телу.
«Я все еще жив. У меня все еще есть тело, хотя я не могу его почувствовать».
— Ну а теперь поговорим о тебе, — произнес наконец голос. — Как у тебя последнее время со здоровьем? Не было порезов, травм? Нарушения кожных покровов?
«Я уже лучше себя чувствую, спасибо».
— Каких-то болезненных симптомов?
— Вакцинаций за последние две недели?
— Анализов крови? Необычных реакций на рекреационные трансдермы?
— Сексуального опыта в реале?
«Никогда. Я никогда не делал подобного с живым человеком».
Тишина.
«Эй, ты там?»
С ослепительной вспышкой и грохотом рассерженного океана реальный мир обрушился на него со всех сторон.
***
