– Не знаю.
– Поскорее бы. Ох, Андрей, спасибо тебе, спасибо.
Оказавшись в доме, существо развило неожиданную активность. Продолжая беспрестанно хлюпать носом, причитать и благодарить, оно принялось суетливо обнюхивать углы. Прихрамывая, обежало весь первый этаж и спросило:
– А подвал? Где вход в подвал?
Лузгин, который уже умаялся ходить за существом по пятам, только головой помотал. Тогда существо зашло в «гостевую» комнату, где жил сейчас Лузгин, легло на пол, кряхтя, заползло под кровать и оттуда сообщило:
– Здесь буду.
– Каков наглец, – буркнул Лузгин.
Подошел Грэй. Шумно потянул носом воздух. Существо опасливо пискнуло.
– Грэй, фу!
Пес на команду Лузгина внимания не обратил. Он сунулся под кровать, ухватил существо за куртку и легко выволок на середину комнаты.
Существо трусливо съежилось. Грэй стоял над ним и критически разглядывал. Будто думал, сразу задавить добычу или сначала поиграть с ней.
Существо заползло под кровать снова. Грэй, невзирая на слабые протесты, вытащил его обратно и довольно осклабился.
– По-моему, Фима, ты попал! – обрадовал вампира Лузгин.
В голове ехидно хохотал Вовка. Совсем по-человечески.
– Андрей, да помоги же!
– Грэй, фу! Кому сказано! Фу!
– Г-р-р-р-р!
– Извини.
Лузгин чувствовал себя полным идиотом. Сделать что-то с этой собакой было невозможно – только застрелить, наверное. Естественное мужское желание подчинить себе пса и прекратить безобразие разбивалось о знание истории Грэя. Вампир ему не игрушка, а что-то большее. Попробуй вмешайся. Результат непредсказуем.
Существо рвалось в укрытие, Грэй его раз за разом оттуда извлекал. Оставалось ждать, кто первый сорвется и полезет в драку.
– Отстань, сука!
– Фима, это кобель. И ты ему не нравишься. Честное слово, я тут ни при чем! Может, хватит будить зверя в звере? Выходи из дома, лезь под веранду.
– Мне на улице пло-о-хо…
– Да тебе всегда было плохо. Везде. Ты и в школе постоянно ныл.
– Зато таким, как вы с Долинским, везде хорошо! Мальчики-мажоры, бля!
– А ты в армии служил, чмо?!
– Отстаньте все от меня, сволочи! Отстаньте! Уйди, скотина четвероногая, тьфу на тебя!
Вовка за домом катался по траве. Он был счастлив.
Грэй упоенно валтузил существо.
– Да будь ты мужиком, дай ему в рыло! – ляпнул Лузгин и сам испугался возможных последствий.
– Я не могу, он тогда загрызет! А я должен Игоря дождаться! Пойми, идиот, это не ради меня! Мне жену надо спасти!
Лузгин протянул руку, схватил Грэя за ошейник и дернул. Пес оглянулся и негодующе рыкнул. Лузгин приказал себе ни о чем не думать и просто вышел из комнаты, таща на буксире обалдевшую от такой фамильярности овчарку. Посреди веранды он отпустил пса, рухнул в кресло, бросил ружье на стол и честно уставился Грэю в глаза: теперь делай со мной что хочешь.
– Фиме жену надо спасти, – объяснил Лузгин собаке. – Оставь его в покое, а?
Грэй отвел взгляд. Будто понял. Обошел вокруг стола и улегся на своем любимом месте, поперек крыльца.
– Спасибо… – донеслось из «гостевой».
Лузгин откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. Поразительно было уже то, что пес не цапнул человека за ногу, когда его тащили из комнаты. А ведь полагалось собаке перенаправить агрессию. Грэй был не просто восточноевропеец-переросток, в нем проглядывали какие-то примеси. Насколько они обуславливали странные, даже парадоксальные манеры этого животного, Лузгин не знал, он в кинологии разбирался посредственно. И все же пес не тронул его.
Очень захотелось дать волю нервам. Почти так же резко, как до этого Котов, Лузгин цапнул со стола недопитую бутылку «Зверобоя» и припал к горлышку.
– Знал, что напьюсь сегодня. Когда этих ментов придурочных увидел, сразу понял, – сказал он через несколько минут, прежде чем сделать очередной
