Хаос: отступление?

Он ждал, минуты безмолвия превращались в часы. Он попытался отвлечься, в энный раз перечитывая отрывки из переведенных на английский язык драгоценных книг философа Жана Рейно и скептика Чжуан-Цзы. Тем не менее Финеас не переставал беспокоиться о своих последователях, гадая, кто из них выжил после прохождения ядовитого хвоста кометы. И, что гораздо важнее, когда они его спасут?

Для своих миньонов Финеас был Юэ Гуаном Тунцзы – великим ученым и Князем Лунного света, появление которого предсказала сутра об Исчезновении дхармы. А его люди считали себя членами Пути прежнего царствия небесного – несчастными рабами, свалившимися с колеса реинкарнации и обреченными пребывать на этом месте до тех пор, пока колесо снова не начнет двигаться. Однако лидеры его последователей являлись партнерами «Общества белого лотоса» – триады, мечтавшей об анархистской революции. Даже если они и знали, что Финеас всего лишь шарлатан, то все равно его не выдавали. Они вместе плыли по морю лжи в его лодке фальши в одном и том же губительном направлении.

– Будущее – это плавно текущая глубокая река, – пояснял его предшественник, профессор Франц дер Линь. – Я нашел способ плыть по излучинам и преодолевать быстрину.

Покойного профессора Линя Финеас считал сумасшедшим, который постоянно нес какой-то бред о гауссовой редукции, полиномиальной интерполяции и греческом острове Антикитера – еще одним интеллигентом, отправленным в лагерь для заключенных в Гонконге, куда Финеаса посадили на девять месяцев за торговлю фальшивыми картами сокровищ. Для него это был еще один эпизод в длинной серии арестов за мошеннические схемы и мелкие преступления против британской короны, которая раздавила китайскую Небесную империю задолго до его рождения. За время неоднократных отсидок Финеас встречал там обманщиков и воров, контрабандистов и шпионов, но ни разу не сталкивался с невиновными. Или с гениями.

Профессор Линь был и тем, и другим.

– Из-за своего изобретения я оказался изгнанником в собственной стране, – сказал профессор. – Британцы думают, что я использую его, чтобы поднимать людей и подстрекать их к мятежу или призову из степей Золотую орду. Так что когда вы выйдете отсюда, то должны его найти – использовать это устройство и сообщить мне мою судьбу. Когда я буду наконец свободен?

Финеас закрыл лежавшую на коленях книгу и подошел к прочному банковскому сейфу, который уже много лет назад установил в своем убежище от кометы. Введя комбинацию, которую знал лишь он один, он повернул рукоятку и обеими руками открыл железную дверь. Внутри находилось его самое ценное имущество – в свое время профессор открыл ему тайное место в китайской деревне, где оно находилось. Машина была размером с коробку для шляп, но выполнена из золота, серебра и каких-то странных сплавов, на которых китайскими иероглифами было вырезана надпись «Чжоу И[16]».

Когда Финеас впервые увидел это устройство, он не имел представления, что это такое, хотя и узнал слово «перемена». Он ожидал, что это автоматический абак – разновидность калькулятора, которую подправили китайские часовщики в надежде предсказать лотерейные номера. Однако профессор Линь был адъюнктом[17] Королевской лаборатории психических исследований, поэтому Финеас предположил, что машина должна быть чем-то вроде автоматической пишущей машинки, связанной с нарождающейся психографией[18] .

Теперь, когда Финеас сел, положив устройство на колени и открыв крышку, он в который раз за все эти годы был потрясен его сложнейшей конструкцией. Он с восхищением смотрел на бесчисленные стальные шестеренки, медные провода и десятки вращающихся тумблеров, вырезанных из корня тысячелистника с каллиграфическими надписями со всех четырех сторон. И все это приводилось в движение богато украшенной серебряной ручкой.

– Мое изобретение позволяет предсказывать будущее, – говорил профессор Линь, дико сверкая глазами из-под спутанных волос, не мытых и не стриженных целое десятилетие. – Но, так как машина использует примитивную, подсознательную психическую деятельность, она никогда не сможет интерпретировать собственное будущее оператора. Вы должны сделать это для меня!

Финеас не собирался возвращать устройство. Тем не менее он все же недоверчиво спросил ящик, когда профессор будет свободен, повернул ручку и увидел, как появилось слово «цум ют».

– Вчера? – удивился он. И пробормотал: – Вот тебе и будущее!

Лишь когда Финеас узнал, что профессор Линь за день до этого умер, лишь тогда он понял, что изобретение старика действительно сообщает правду. Профессор создал разностную машину, основывающуюся на древней «Книге перемен». Но вместо того, чтобы довольствоваться шестьюдесятью четырьмя неопределенными ответами, которыми можно широко интерпретировать, это устройство разбивало их на четыре тысячи девятьсот шестьдесят конкретных слов.

Профессор Линь создал машину И-Цзинь[19].

* * *

С момента появления Звезды-метлы прошло уже три ночи, и Финеас начал беспокоиться. У него все еще оставались медные бутылочки с кислородом (хотя иногда он ощущал какое-то дуновение – прохладное, но успокаивающее, поскольку это означало, что у него есть хоть какой-то приток воздуха), банки с консервированным лососем и икрой, контейнеры с галетами, ящики с яблоками, грушами и китайскими сливами, запасы воды, а также бочки марочного вина, сделанного из риса и ячменя. Всего этого хватило бы на месяц, а при экономном расходовании – на два. Но где же его последователи? Многие его приверженцы отличались пепельно-серой кожей, так как работали на серебряных рудниках под горой Рейнир[20]. Сейчас