— Ты шутишь, что ли? — выкрикнула Дона.
Мой рассказ заставил обеих моих подруг широко раскрыть рот. Дона первой обрела дар речи.
Я перекрестила сердце.
— Богом клянусь.
Было три часа утра, и адреналин у меня начал потихоньку выветриваться. В минуты больших потрясений меня всегда подташнивает, и раньше чуть ли не единственным средством от этого для меня был апельсиновый шербет. К счастью, в баре нашего отеля этот десерт имелся, и мне его согласились подать в такой неурочный час. Что лучше того: шербет на вкус оказался в точности таким, каким помнился мне в детстве. Я и раньше давала шербету немного подтаять во рту, прежде чем глотать, поэтому он стал еще одним из немногих блюд, которые я могла себе позволить. Ура.
Я проглотила еще одну ложечку шербета и испустила блаженный вздох, когда у меня во рту взорвался яркий вкус апельсина.
— Ну, и, — наконец проговорила Эмма, — хорошо было? В смысле… лучше, чем с Бруно?
Я покачала головой. Как только последняя капля прекрасного напитка скатилась по моему пищеводу, я ответила:
— Все равно что сравнивать яблоки и апельсины. Это была чистой воды магия, а не обычный секс.
Мои подруги этот ответ встретили недовольным ворчанием.
— Ну, а поцелуй-то? — спросила Дона. — Давай, колись.
Да… Вопрос, конечно, интересный.
— Тут, пожалуй, ничья. Бруно получает очко за силу, а Крид — за технику. Что-то, а целоваться он мастер. И машина у него крутая.
Мои последние слова вызвали у подруг понимающие улыбки.
Наконец я вернулась к теме, начатой мною два часа назад, когда я разбудила Дону и Эмму.
— И вот теперь мне надо разыскать специалиста по двухмерным разрывам пространства. Это твоя область, Эмма. Что скажешь?
Эмма замахала руками.
— Нет-нет. Это не ко мне. Спроси меня про обычные измерения — я тебе все расскажу. Но это из области метафизики. Лучше всего такие моменты описаны в религиозных текстах. Но что касается истории… — Эмма откинулась на груду подушек, которые она принесла на диван. — Лучше всего тебе связаться с Аароном Слоуном. Он — один из лучших экспертов в демонологии.
Я рывком села.
— Это тот самый доктор Слоун, с которым знаком твой отец? — Когда Эмма кивнула, я испустила вздох облегчения. — Я с ним встречалась. Он действительно дока в этой области, а еще он кое-что рассказал мне о смертельном проклятии, наложенном на меня Стефанией.
У голосовой почты есть один плюс: ей все равно, который час. Я оставила Слоуну долгое послание и продиктовала номер моего мобильника, чтобы он позвонил мне в понедельник.
Потом я приступила к прослушиванию сообщений на автоответчике, и Дона с Эммой ушли. Дона была права. Поступила просто уйма звонков от людей, желавших меня нанять. Это должно было бы меня обрадовать, но я слишком сильно устала. До утра осталось совсем немного, а мне еще нужно было составить список дел. Зевая, я включила свой лэптоп.
После этого я ничего не помнила.
Я проснулась от стука в дверь и оторвала голову от клавиатуры лэптопа. Ой! Мало того, что я заснула на клавишах, я еще их слюной измазала. Хоть бы только комп не сломался!
— Кто там?
— Дона. Ты уже собрала вещи? Разве ты не должна вернуться вовремя, чтобы повезти бабушку в церковь?
У меня стучало в висках, как после трехдневной пьянки, а во рту ощущался странный металлический привкус. Я с трудом встала и увидела свое отражение в зеркале над комодом: бледная, с зеленоватым оттенком кожа, налитые кровью глаза в обрамлении темных кругов, а на щеке — квадратные вмятины, из-за чего она стала похожей на шахматную доску. Блеск. Я схватила телефон, чтобы посмотреть, сколько эсэмэсок мне успела отправить бабушка, но оказалась, что в мобильнике полностью сел аккумулятор.
Я уже начала догадываться, что утро у меня будет то еще. Я решила, что никому не покажусь на глаза до тех пор, пока не буду выглядеть… более по-человечески. Я подошла к двери и, заглянув в глазок, увидела раздражающе улыбающееся лицо Доны. Я произнесла громко, чтобы Дона расслышала меня через дверь:
— Ты не могла бы ей позвонить? Пожалуйста! Спроси, не согласится ли она поехать на автобусе. А я смогу отвезти ее на вечернюю службу. Я проснулась только что, от твоего стука. Мне нужно душ принять, а сейчас я почти ничего не соображаю.
— Конечно. Я с радостью.
По голосу Доны я поняла, что моя просьба ей никакой особой радости не доставила, но по дружбе она все сделает.
Под душем я согрелась и окончательно проснулась. Я обшаривала свою косметичку в поисках тонального карандаша, чтобы замазать синяки под
