мои инструменты. Так что я сняла седла, уздечки, спутала лошадям ноги и пустила пастись на бурой травке, до сих пор растущей под соснами. Все равно уезжать еще не скоро.
С западной стороны дома стояла выдолбленная колода, из которой, видимо, поили лошадей. Она была пустой, и я, радуясь отсрочке, принесла воды и наполнила ее до краев.
Вытирая мокрые ладони о юбку, я огляделась в поисках нового занятия, но ничего толкового в голову не пришло. Значит, выбора нет. Собравшись с духом, я налила воды в полую тыкву, стоящую на краю колодца, и понесла к дому, стараясь не расплескать по дороге – все, лишь бы не думать о том, что ждет внутри.
Подняв глаза, я с удивлением обнаружила, что задняя дверь открыта. Прежде она точно была заперта. Кто ее отворил – Джейми? Или миссис Бердсли?
Подойдя ближе, я вытянула шею, пытаясь разглядеть, что происходит на кухне, но тут услышала сырое чваканье лопаты. За углом дома обнаружился Джейми – он рыл могилу под одинокой рябиной. Ветер трепал испачканную кровью рубаху.
Джейми запястьем откинул волосы, и я потрясенно увидела, что у него на щеках слезы. Он плакал молча и свирепо орудовал лопатой, вонзая ее в землю так, будто перед ним противник. Заметив меня, он остановился и поспешно отер лицо, словно бы от пота.
Он дышал так хрипло, что слышно было издалека. Я подошла и протянула ему тыкву с водой и чистый платок. Избегая смотреть мне в глаза, он сделал пару глотков, закашлялся, выпил еще, вернул тыкву и шумно высморкался. Нос сильно распух, но уже не кровоточил.
– Мы ведь не будем здесь ночевать? – рискнула я спросить, присаживаясь на колоду возле ясеня.
– Упаси господь, – хрипло ответил Джейми. На лице проступали яркие пятна, глаза покраснели. – Похороним его как полагается и уедем. Лучше в лесу переночевать, чем здесь.
Я была только за, но сперва требовалось решить еще один вопрос.
– А что… с ней? – осторожно спросила я. – Она в доме? Там дверь открыта.
Он хмыкнул и вонзил лопату в землю.
– Нет, это я. Забыл открыть, когда уходил, – надо, чтобы душа вылетела, – пояснил он, видя мое удивление.
Джейми так спокойно подтвердил мои собственные опасения, что волосы вставали дыбом.
– Понятно…
Он молча копал, загоняя лопату глубоко в землю. Почва была глинистой, полной перегнившей листвы. В конце концов, не прерывая своего занятия, он произнес:
– Брианна как-то рассказывала мне историю из книги. Деталей я не помню, речь шла об убийстве. Жертвой оказался один негодяй, который кого-то вынудил себя убить. И когда в конце убийцу спросили, почему так, он ответил: «Да свершится Божье правосудие».
Я кивнула. Хотя быть орудием такого правосудия ох как нелегко…
– Думаешь, сегодня было то же самое? Божья кара?
Он в замешательстве качнул головой и продолжил копать. Какое-то время я молча наблюдала за ним. Однако вскоре вспомнила о непростой задаче, что мне предстоит.
– Наверное, пойду в дом, обмою тело и наведу порядок на чердаке. – Я неохотно встала. – Нельзя оставлять в такой грязи бедную женщину, что бы она ни сделала.
– Погоди-ка, саксоночка, – тут же прервался Джейми и чуть настороженно взглянул на дом. – Я пойду с тобой. А ты пока принеси камней для пирамиды.
Он кивком указал на опушку леса.
Пирамиды? Странно, почести покойному мистеру Бердсли вроде уже ни к чему. Хотя в лесу полно волков, пару дней назад я видела на тропе звериный помет. А еще, наверное, Джейми ищет предлог меня задержать, чтобы я не ходила в дом одна.
К счастью, камней здесь было навалом. Я достала из седельной сумки крепкий холщовый фартук, который обычно надевала на операции, и принялась трудолюбивым муравьем сновать туда-обратно. Полчаса спустя я была уже не против зайти в дом. Джейми, однако, еще копал, так что мне не оставалось ничего иного, кроме как таскать камни и дальше.
Наконец, тяжело дыша, я остановилась и в который раз вытряхнула содержимое фартука на землю возле ямы. Тени протянулись через весь двор, и похолодало так сильно, что пыльцы вконец онемели. Впрочем, учитывая многочисленные ссадины и царапины, это было даже к лучшему.
– Выглядишь не очень. – Я отбросила с лица спутанные волосы. – Миссис Бердсли еще не выходила?
Он покачал головой и, с трудом переведя дух, сипло выдавил:
– Нет, все сидит в сарае. Наверное, там тепло.
Я с беспокойством оглядела Джейми. Рыть могилу – непростое занятие. Рубашка липла к телу, лицо, несмотря на холод, раскраснелось – хоть бы не от лихорадки… Пальцы, напротив, были белыми и не гнулись, он с трудом отодрал их от черенка лопаты.
