сравнению с некоторыми экземплярами, принадлежавшими ей, но с крупными и безупречными камнями. В целом они стоили полтора миллиона долларов США… если покупать в магазине. Она не питала иллюзий по поводу того, что сможет получить такую цену, но для начала сойдет.
Проблема посерьезнее заключалась в том, как их спрятать. Анджела заозиралась, и наконец её взгляд остановился на мыле. Пилкой для ногтей она выковыряла глубокие полости в боковой части плитки с ароматом розы, аккуратно сунула туда все украшения, а потом прижала на место мыльные хлопья, запечатывая плитку. Положила в мешочек для банных принадлежностей вместе с разными предметами вроде ультразвуковой зубной щетки, начатыми бутылочками масла и кое-какой косметикой. Агенты разрешат ей забрать это с собой без вопросов, но пройти через портал будет трудно. Её обыщут и просканируют. С негражданами, выезжавшими самостоятельно, так поступали всегда. И Анджела знала, что с нею процедуры проведут с особым тщанием именно по этой причине. До прошлой ночи она рассчитывала отправиться в путь вместе с Шастой. Персонал, сопровождавший нанимателей, всегда пропускали без проверки. Придется ей что-то с этим сделать, и быстро. Может, Даниэллия согласится сотрудничать?
В своей туалетной комнате Анджела села и принялась расчесывать влажные волосы. Это заняло намного больше времени, чем при участии парикмахерши. Она и не представляла, что нечто настолько простое окажется таким трудным, но щетка постоянно застревала в узлах. И почему их сейчас больше обычного?
Агент Мэтьюз был наготове, когда она вышла из своих покоев в главный коридор.
– Похоже, что-то не так с сетью в ваших личных комнатах, – сказал он.
– Доброе утро, агент Мэтьюз, вы уже позавтракали?
– Нам нужны коды доступа к ИИ.
– Нет, я тоже не завтракала. А вы хоть кого-то из поваров оставили? Думаю, я смогу сделать тост и сварить яйцо. Насколько это сложно? Должна существовать инструкция сто один где-нибудь в транснете.
– Коды, пожалуйста.
Она закатила глаза и велела элке переслать их агенту.
– Спасибо, – сказал он монотонно-вежливым голосом. – И я знаю, как сварить яйцо. Сегодня вы не умрете от голода.
– Вы очень милы. По-моему, вы занимаетесь не своим делом.
– Платят хорошо.
– Правда? А вакансии есть? У меня первоклассные познания в области финансовых рынков Нового Монако.
Он изумлённо покачал головой.
– Никогда мне не понять таких, как вы.
– Нет, не понять. Бедняжка.
Мэтьюз не соврал, он действительно умел готовить. Она села за стол в кухне западного крыла, куда за всю жизнь наведывалась трижды, и позволила ему подать яичницу-болтунью с копчёным лососем на толстом поджаренном хлебе. Он показал ей, как пользоваться милой в своей древности штукой для выжимания сока из апельсинов. Выжимая сок из половинки фрукта посредством опускания рычага на боку хромированного аппарата, она ощутила нелепое удовлетворение. А вот на кофеварке оказалось больше кнопок и лампочек, чем в комнате управления порталом. Но Мэтьюз опять-таки умел ею пользоваться.
– Мне и впрямь ко многим вещам придется привыкнуть, верно? – задумчиво проговорила она, подняв чашечку с безупречно приготовленным эспрессо.
– Да уж, их немало.
– Подсказки есть?
– Сделайте паузу и подумайте, на что можно потратить остаток жизни.
– А как мне платить за эту паузу?
– Ваш отец родился в Америке. Это даёт вам право требовать вид на жительство. Там есть социальные службы. Толку от них… Тех, кто молод и трудоспособен, отправляют в новые миры и дают десять акров, чтобы можно было выращивать себе еду. В Гранд-Европе то же самое.
– Отправляют, – с отвращением повторила она. – Может, мне просто стоит сделать на лбу татуировку: «НЕУДАЧНИЦА»?
– Никто из друзей не поможет?
– Кое-кто мог бы. Мой бывший жених. Но я не выношу подачек, агент Мэтьюз.
– Транснетовые СМИ, скорее всего, заинтересуются вашей историей.
– Да. Я в этом уверена.
Мэтьюз нахмурился и посмотрел вверх.
– Простите, – сказал он и вышел.
Когда Анджела велела элке выяснить, что происходит, та сообщила, что у нее больше нет доступа к сети особняка.
– Слишком поздно, – пробормотала Анджела чуть слышно.
