объявить об этом побыстрее. Людям не помешает стимул для поднятия боевого духа. Но Пассам, пытающаяся исказить поток данных, была проблемой, в которой он не нуждался.
Кто-то протянул ему высокий картонный стакан с кофе.
– Я подумала, тебе это не помешает, – сказала Анджела.
– Спасибо.
Он взял стакан и глотнул горячей жидкости. Кофе был растворимый, с молочными гранулами, разогретый в микроволновке. По какой-то причине вкус показался великолепным.
– И тебе спасибо, – сказала Анджела.
– За что?
Она села на краешек раскладного стола.
– За то, что поверил мне. Что не приковал наручниками к центральной опоре палатки на ночь.
– A-а, ну…
– Полагаю, Леора и Атьео были убедительны, когда Антринелл спросил их, где я, – продолжила она с лукавой улыбкой.
– От тебя ничто не ускользает, верно?
– Я держу ушки на макушке. Ну что, спросил своих боссов про Барклая?
– Он жив. Теперь он Зебедайя. Это официальная версия.
– Интересно. Зачем Норты состряпали такую фантазию?
– Я думал, ты почувствуешь… не счастье, но, безусловно, облегчение. Монстр реален. Ты вне подозрений.
– И ты выплеснул все это прямиком в новостные потоки?
– Сначала нам надо во всем разобраться.
Анджела горько рассмеялась.
– АЗЧ, каким я его знаю и люблю.
Она глубоко вздохнула и, нахмурившись, огляделась по сторонам.
– Что такое? – спросил он.
– Запах корицы – это рубиштык; и ещё чувствуются хайнлист и другие запахи, которых я не узнаю. Но мяты нет, к счастью. – Она подняла бинокль, который носила на шее на ремешке. Линзы поворачивались автоматически. – С ума сойти, да там целый участок земли движется. Никогда не видела так много мокричников разом, их должны быть тысячи. Такое впечатление, что джунгли начали выбрасывать споры одновременно. Как по-твоему, почему?
– Понятия не имею. Это как-то связано с нами?
– Слишком большое количество совпадений меня беспокоит.
– Иди поговори с Марвином. Серьезно, мне сейчас хватает собственной паранойи. Не хочу, чтобы все стало ещё хуже. Разыщи объяснение.
– Так и сделаю. – Она встала.
– Есть идеи по поводу того, как его поймать?
Анджела ухмыльнулась.
– С большой – очень большой – осторожностью.
Первоочередная задача, как сказал Вэнс на инструктаже, заключалась в том, чтобы восстановить целостность лагерного периметра. Легионеры должны были осмотреть каждое строение в поисках пришельца. Потом им предстояло патрулировать периметр до тех пор, пока сеть вместе с пограничными сенсорами не заработает как положено.
Варделе доложил, что сеть упала из-за перегрузки маршрутизатора: пропускная способность снизилась, и ячейки оказались изолированы. Они были жёстко запрограммированы на немедленное отключение, чтобы защитить транзитные пакеты данных. Им требовалась только подготовка к «мягкой» перезагрузке.
– Выходит, это сделали намеренно? – спросил Вэнс.
– Я бы сказал – да. Обычная сеть такому не подвержена, в ней слишком много ячеек, чтобы потерять общую связность. Но здесь она маленькая и представляет собой лёгкую мишень.
– Ты намекаешь, что пришелец понимает нашу технологию? – спросила Давиния Берн из команды АВА.
– Похоже на то.
Она бросила на Вэнса встревоженный взгляд.
– Я думала, мы тут ищем какое-то скрытое примитивное племя.
– Ты ошиблась, – ответил он. – Форстер, нам надо защитить сеть от любых дальнейших атак.
