эволюции. Сириус попросту не такой старый.
– И нет никаких окаменелостей.
– Да, и это тоже.
– Ну и что? Это одинокий часовой, которого биоформаторы оставили, чтобы он стерег джунгли? Вооружённый пятью ножами?
Он мягко улыбнулся ей.
– Я не думал об этом в таких выражениях.
– А следовало бы. Ты летел над водорослевыми полями тем же самолетом, что и я. Мы портим эту планету и в точности так же испоганили все остальные. Просто чудо, что защитник хочет избавиться от нас по одному за раз.
– Ты в это веришь? – спросил Эльстон.
– Я видела его за работой. Это машина для убийства, которая не знает жалости.
– Как ты пережила ту ночь? И забудь про вздор, что дралась с ним.
Анджела улыбнулась – её охватило печальное удивление от того, с какой лёгкостью они вернулись к былым ролям.
– Все, что я тебе рассказала, – правда. Однажды ты в этом убедишься. Если выживешь.
– Правда, но не вся?
– A-а, ты начинаешь понимать. Ну что ж, молодец.
– Высокая похвала. Спасибо.
– Ещё один вопрос, – сказала она.
– Какой же?
– Почему, по-твоему, он выбрал своей целью только нас, Вуканг? Почему не кого-то другого?
– Не знаю. Может, помнит тебя?
Анджела как следует вгляделась в его непроницаемое лицо. Слишком уж бесстрастное. Он бы и секунды не продержался, играя в покер с жителями Нового Монако.
– О, я думаю, мы оба знаем, что это неправда.
– Возвращайся в столовую и надень бронежилет, пожалуйста. Я должен позвонить в Абеллию. Сегодня доделают новые строительные панели, так что, когда они закончат, мне понадобятся цифры по поводу того, сколько у нас осталось сырья.
Анджела насмешливо отсалютовала ему:
– Слушаюсь, капитан.
– Полковник. Я теперь полковник.
Вэнс отправился прямо в свой кабинет, даже не обернувшись, чтобы проверить, выполнила ли Анджела его просьбу. Её вопрос заставил его немного забеспокоиться. Этого следовало ожидать; обитатели лагеря обязаны были удивиться тому, что их выделили. Наверняка все дело в оружии. Пришелец каким-то образом о нем узнал или почуял его. «Или у Анджелы действительно есть сообщник; ведь кто-то, как ни крути, устроил диверсию на „Дедале“». И это тревожило ещё сильнее.
Вэнс сел за свой стол и сдержат порыв включить отопление. Надо беречь горючее. Все поверхности усеяли капли конденсата, как будто за ночь в квик-кабину просочился озерный туман.
Его элка набрала интерфейсный адресный код вице-комиссара Пассам, потом переключилась на безопасное соединение. Ответила Жаклин Варутс, контролёр экспедиции, член персонала ГЕ, не АЗЧ.
– Где Пассам? – спросил Эльстон.
– Простите, полковник, вице-комиссар сейчас недоступна.
– Недоступна? – недоверчиво переспросил Вэнс. – Хотите сказать, отключилась от сети? Где она?
– Её отсутствие временно. У меня все полномочия говорить от её имени.
Вэнс задумался. Никто никогда не отключался от сети; в эту эпоху подобное попросту невозможно. И чем же она таким занята, что важней звонка от командующего передовым лагерем?
– Я бы хотел обсудить воздушную линию снабжения.
– Несомненно, – сказала Варутс. – Полетные команды уже переделывают «Дедал» в танкер. Он должен быть готов через неделю. Тогда мы оценим ситуацию в связи с горами Затмения. Надеюсь, к тому моменту над ними можно будет летать.
– Это самолеты АЗЧ. Они могут полететь сейчас, в их системах достаточно избыточности, чтобы выдержать многократные попадания молний. Мы используем много сырья для строительства новых зданий, нам надо больше. И ещё я бы хотел дополнительных легионеров. У вас в Абеллии несколько взводов.
– Полковник, я понимаю ваше положение, но наша оценка риска говорит о том, что условия полета над горами Затмения слишком опасны.
