Распространяться о своих каникулах дальше парень не стал. Вместо этого ткнул меня локтем и кивнул в сторону замолчавшего эльфа. Я прикусила язык и вновь вернулась мыслями к мастеру.
Техника безопасности уже была мне знакома, но игнорировать жизненно важные для Алеста сведения я не могла. Какая связь? Самая прямая. Наш младший эльф усиленно повторял или мое поведение, или Маркуса. И стоило мне отвлечься, тут же старался эту рассеяность поддержать. Поэтому приходилось брать себя в руки и волевым усилием напоминать, что ничего лишнего на занятии быть не может. Особенно… Я прислушалась и кивнула… Правила обращения с щетками.
Кажется, эльф действительно обиделся и намерен сделать из нас в лучшем случае достойных учеников. В худшем – я таки получу сережку на «радость» маме.
Щетку выдали Алесту. Ничего, бицепсы могут украсить даже эльфа, если не переусердствовать со спортивным питанием. Лучше ведь, чтобы враги, сталкивая на тебя бочку, недооценили твои возможности, а не подстраховались и наемника наняли. Стрелу-то так просто не остановишь, не несчастный же случай срывать.
– Более грубая работа или ювелирная точность? – поинтересовался у нас Шаарен, наводя на столе порядок, как перед экспериментом.
– Что-нибудь интересное, – попросили мы хором, не поддаваясь на провокацию.
– Что ж, – эльф усмехнулся. – В таком случае могу предложить вам собрать паровой двигатель. Алестаниэль, отложите щетку и подойдите к нам. Будем собирать вместе.
И мы, переглянувшись, приступили.
В цехе мы задержались до самого вечера. Даже Алест не хотел уходить, получив четыре похвалы за расторопность и две за четкое выполнение инструкций. Нас с Маркусом хвалили меньше, но нам было достаточно и просто участия. Впрочем, я с интересом следила за Шаареном, пытаясь понять, кто разрешил ему разглашать гномьи тайны. От Риска в свое время я слышала об устройстве паровых машин. В шахтах их использовали для движения вагонеток, но эльф обмолвился, что с помощью этой технологии можно не только вагонетки перемещать, а и вовсе заменить лошадей.
Маркус справедливо заметил, что дороги у нас для сплошных рельсов не приспособлены, но эльф в дискуссию вступать не стал. То ли не знал, что ответить, то ли знал, но не хотел раньше времени распространяться. Наверняка же договор о неразглашении подписал, раз уж его в исследования посвятили. Нужно будет и самой написать кому-нибудь в Горах, чтобы уточнили, кто руководит проектом. Может, возьмут стажером после практики. Как раз переведусь и успею на последний месяц каникул.
– Нет, ну ты видела?!
Алест все еще не мог отойти от впечатления. Маркус снисходительно улыбался, ибо его за рукава никто не хватал.
– Видела, конечно. Паровой двигатель. Не самый лучший – все же времени у нас было немного и материалы сугубо для модели, но да. Это был он.
– Он совсем без магии! – вопил эльф, которого движения поршней впечатлили настолько, что он даже забыл, как едва не обжегся, чересчур любопытствуя.
– А в часах она есть? Ну, кроме тех моделей, где дух заточен. Но, если ты вспомнишь, к самому механизму он отношения не имеет. И все работает. Без магии.
– Без магии… – эхом отозвался Алест и задумался. Кажется, его мир медленно рушился и на руинах возникала новая, более совершенная и менее волшебная версия.
Ничего. Он еще увидит, что наука бывает интереснее магии. По крайней мере, для тех, кому магия не грозит.
Я грустно вздохнула и помахала Алесту на прощание. С Маркусом нам было по пути.
Глава 4
Эльф эльфу рознь
Поговорить с магистром Даналаном до консультации я так и не смогла. Нельзя сказать, чтобы он избегал меня, но останавливаться и дожидаться, пока я догоню, или приглашать в свой кабинет не собирался. Да и странно бы это выглядело, если бы он так поступил. А потому я ждала консультации, чтобы показать ему договор и добиться подсказки.
О шкатулках Лемана упоминал и Горт Глухой в своем дневнике. В городе их было не меньше полусотни, буквально у каждого десятого горожанина. В богатых семьях – не по одной штуке. В них хранили все – от монет до надушенных визиток. Все, что могло показаться владельцу важным и незаменимым. Или опасным, со следами проклятия. Такие вещи запирались в шкатулках навсегда.
Хм, все же удачно, что не рискнула самостоятельно открывать. Пусть там даже и документы были, но выпустить случайно оковы тлена или что-нибудь еще из арсенала темных магов времен Третьих Колдовских Войн…
Параллельно дневнику я читала копию договора купли-продажи особняка, в котором сейчас проживали родители и откуда украли шкатулку. Было странно, что при таком интересе с эльфийской стороны дом был продан нам, а не магистру Даналану. Но объяснение нашлось быстро. Родовые особняки дворянских родов не могли быть проданы представителям иных рас даже при условии наличия у них гражданства. Считалось, что нелюди, даже прожив сотню лет на территории другой страны, все равно останутся преданы своей родине в большей мере, чем хотелось бы принимающей стороне.
