за мой УАЗ лебедился[31], врюхавшись. Я-то фарватер знаю, но любой другой водитель поедет по очевидной траектории — и встрянет даже на хорошем внедорожнике. Канавка там, аккурат с колесо глубиной и рыхлыми краями, как не буксуй — только глубже зароешься. И лебёдкой зацепиться не за что — деревья далековато. В общем, типичная ловушка. По сухой погоде её легко объехать, а по мокрому — не минуешь никак. Вот там-то мы и уселись ждать Андираоса. Чтобы поговорить. Я даже взял на эту сторону ружьё Карлоса, рассчитывая на то, что, с учётом раскисших дорог, случайные встречи с представителями закона исключены.
Пока ждали, Ингвар поинтересовался:
—?У тебя к нему какие-то предъявы? Не то чтобы я лез в твои дела, но хотелось бы знать заранее, куда дело повернётся.
—?Он дважды посылал наёмных головорезов ко мне и моей семье.
—?И где они?
—?Я их убил. Повезло.
—?Серьёзная предъява, — согласился Ингвар и, раскрыв кейс, достал из него какой-то навороченный дробовик. — Но, если получится, не вали сразу на глушняк. У меня тоже разговор к нему есть.
Удивительный он человек, всё же, Ингвар. Мы ведь не друзья, и даже не очень приятели — ну столкнула как-то жизнь, я его прикрыл в одной ситуации — не сказать, чтобы прям жизнь спас, но помог. Так вышло, причём давно дело было. Большинство людей через столько лет и как зовут не вспомнили бы, а он, вишь ты, готов за меня в реальную драку ввязаться. Ну да, есть у него свой интерес, но он не на первом месте ни разу — ведь если я Андрея привалю, то интерес на этом кончится. А я могу. Не хочу, боюсь, противно мне и нехорошо, аж мутит — но могу. Решился уже.
—?Чего, мандражируешь? — спросил Инвар, запихивая толстые пластиковые патроны в дробовик.
—?Есть такое дело, — не стал отпираться я.
— спел он тихонько.
—?Не сцы, это нормально. Предбоевой мандраж — дело святое. У каждого нормального мужика должен быть в жизни такой момент, чтобы или ты, или тебя. Иначе зря землю топчешь.
Честно говоря, я всю эту пафосную пургу про «настоящих мужиков» терпеть ненавижу. Нет на свете ничего такого, чтобы кто-то был «обязательно должен». Безгранично число путей и вариантов, и нет никакого высшего предназначения — и живёшь, как живётся, и сдохнешь, как получится. Но спорить не стал, конечно. Достал вместо этого винтовку, включил её и приложился, оперев на капот — нормально, как в тире. Ингвар на винтовку поглядел с интересом, слегка как бы даже присвистнув, просить в руки не стал, но где-то там себе явно галочку поставил. Думаю, он ещё поинтересуется, где такие интересные штуки берут.
«Патриот» Андрея показался минут через пятнадцать. Хитрый режим продвинутой винтовки показал за тонированными стёклами два силуэта на передних сиденьях — скорее всего, за рулём был Пётр, Андрей не очень любил водить машину сам. В принципе, если решать проблему радикально, то вот он момент — лупи прямо сквозь стекло по силуэтам, насколько я понимаю, при такой начальной скорости пули триплекс её не отклонит. Однако я хотел сперва всё же поговорить — и не только потому, что меня Ингвар попросил. Каким бы гондоном Андрей ни был, но других источников информации у меня не просматривалось.
Дождь уже прекратился, но яма была в полной боевой готовности — и не подвела. Судя по звуку трансмиссии, Пётр грамотно врубил вторую пониженную, подгазовал для инерции и направил машину по самой очевидной траектории. Внедорожник с разгону плюхнулся в лужу, бодро пошёл месить грязь и — бабах, с разгону всадил передний мост в скрытую под водой канаву, да так, что зад подпрыгнул. Этак можно запросто мост оторвать, легко. Отсюда не слышно, но, думаю, матерятся они там в полный рост, а если кто не пристёгнут был, то и зубы считает… Из водительской двери высунулся Пётр, не рискуя спрыгнуть в воду огляделся и скрылся обратно. Ага, тут выпрыгни, будешь в грязи по самое некуда. «Патриот» взревел, замесил колёсами, дёрнулся вперёд, назад — и предсказуемо зарылся окончательно, вывесив передний мост и подкопав задний. Теперь он сидел пузом на краю канавы, дальше только лебёдкой тянуть или ждать буксира. Тут даже хайджек и сандтраки не помогут — не подпихнёшь их в канаву.
Пётр снова высунулся, безнадёжно озираясь, — цеплять лебёдку было не за что, ближайшие деревья в рощице на холме, туда трос не дотянешь. А вот теперь и проверим — если они идут с тайной подмогой, чтобы меня хватать, то будут вызывать сейчас эту подмогу. А если нет, то будут вызывать меня.
