Здесь часто умирают от ангины пекторис[762], от первого припадка в возрасте 45–55. Вчера один знакомый удачно сказал: я боюсь, что, когда утром возьму в руки газету, найду там свое имя в черной рамке!
9.1.40.
Новый год прошел больше чем незаметно. Ничем и никак мы его не праздновали. Мы варим цитрусовое варенье (корки от апельсинов), джемы, грейпфруты,
13.1.40.
Мама больна воспалением легких. Мы ее перенесли в больницу, и я не выхожу по целым дням из ее комнаты. Погоды стоят холодные, и нетрудно простудиться.
16.2.40.
Я не писала целый месяц из-за болезни мамы, но теперь она поправляется. Холод часто сменяется теплым весенним днем. В саду распустилось миндальное дерево, и желтые маргаритки на кусте расцвели. Все это ставим в вазы.
Начали приезжать из Варшавы люди. <Рассказывают, что> одна наша знакомая была изнасилована на глазах своего 11-летнего мальчика и потом бросилась с пятого этажа. Ее родители и семья мужа узнали все это здесь.
Я еще узнала, что мой родственник, который спасся в Южной Африке, потерял семью в Польше: его сын имел невесту, она не могла оставить старых родителей, чтобы удрать вместе с ним в Россию, так что все они погибли. Также его жена, которая была в другом городе.
Здесь англичане, а не арабы строго следят за законом о непродаже земель евреям. Что они-то так заинтересованы? Чтобы евреи не укрепились за счет арабов, как французы за счет немцев? Это все тот же страх о потере «равновесия», которое может чем-то повредить англичанам. И это теперь, когда наши сыновья жертвуют своей жизнью для них? В стране объявлено
7.3.40
Беспорядки разрастаются, на этот раз с нашей стороны. В английском парламенте было принято решение против нас с небольшой оппозицией. Нам нужен новый Моисей, чтобы вывел нас из всех Египтов.
13.3.40
Из-за физического отвращения я не могу здесь повторять то, что мы узнаем об издевательствах над евреями в Европе. Этот позор никогда не сотрется со страниц истории Германии, евреи должны проклясть эту страну, как они в свое время прокляли Испанию! Неужели потом найдутся евреи, которые «простят» — вернутся в эту страну?
22.3.40
Марка вызвали в Западную Галилею на консилиум, и я поехала с ним. Кибуцим там новые, еще не устроенные, почва каменистая, глинистая, краснозем, две тысячи лет не обработанная, а может быть, и никогда не была обработана. Даже нет остатков террас, как это видно на горах по дороге к Иерусалиму, например. Воды там нет, ее на ослах привозят в мехах или цинковых банках, подымают из вади, где течет небольшой источник. Теперь строят водопровод, но арабы часто крадут трубы и портят то, что уже выстроено. Тогда дети и молодежь остаются даже без питьевой воды. Самому старшему ребенку шесть лет. Весь кибуц —
Вместо воловьего мяса едят кроликов, которых разводят. Кролики — не кошерное мясо, но служат как замена покупного. [Это необходимо.] Птицы очень мало, только для яиц собственного употребления, все еще «вначале». В комнатах живут по трое, семьи и не семьи.
Почва набухает от малейшего дождя и так прилипает к обуви, что галоши спадают и подошвы отклеиваются. Нам потом «ад хок»[763] пришлось в Хайфе на улице чинить ботинки и чистить за двойную плату.
Те короткие часы, когда можно было гулять на солнце по окрестностям, мы ходили по очень красивым горам, среди скал и камней, по берегу вади, под древними дубами, мы собирали цветы. Я привезла целый букет разных полевых цветов и растений, названий которых я даже не знаю: полевые ромашки, всех цветов анемоны, дикие тюльпаны — красные и оранжевые, лиловые, белый чеснок, очень нежно-розовые цикламены, также лиловые и белые, похожи на альпийские фиалки, лиловый пятилистник, вроде махровой сирени, очень крупная куриная слепота, розовые цветы, похожие на садовую герань, иммортель — мелкие красные цветочки под названием «кровь Маккавеев», фисташковые листочки и бутоны, маленькие полевые ирисы, красные и голубые колокольчики. Для эффекта я еще вставила в букет разные вьюнки и колючки. После этой прогулки мы вернулись в кибуц такими
