Все романы Роберта Шекли в одной книге

пока что и есть тюрьма.

— Ну и сколько ему еще сидеть? — спросил Кромптон.

— Всего пару часов.

— Можно мне с ним поговорить?

— Не-а.

— А когда он выйдет, можно будет?

— Ясное дело, — сказал Тайлер. — Только, боюсь, он вам не ответит.

— Почему?

Шериф криво усмехнулся.

— Стэк пробудет в тюрьме только два часа по той причине, что в полдень мы повесим его на первом же суку, чтоб он сдох. Когда мы покончим с этим дельцем, пожалте, разговаривайте с ним сколько душе угодно. Но, как я уже сказал, сомневаюсь, чтобы он ответил вам.

Кромптон настолько устал, что даже не ощутил всей тяжести удара.

— За что?

— За убийство.

— Аборигена?

— Черта с два, — с отвращением ответил Тайлер, — кому какое дело до этих вонючих аборигенов! Стэк убил человека! Он убил Бартона Финча, своего собственного компаньона, Финч еще жив, но вот-вот кончится. Старый док сказал, что он не протянет и дня. Суд присяжных признал Стэка виновным в убийстве Бартона Финча, в том, что он сломал ногу Билли Редберну и два ребра Эли Талботу, что он разнес салун Мориарти и вообще постоянно возмущает спокойствие поселка. Судья, то есть я, приговорил его повесить, и как можно скорее. Выходит, сегодня к полудню, когда ребята вернутся с дамбы, где они сейчас вкалывают, его и повесят.

— Когда был суд?

— Сегодня утром.

— А убийство?

— Часа за три до суда.

— Быстрая работа, — заметил Кромптон.

— Мы здесь, в Кровавой Дельте, зря времени не теряем, — с гордостью констатировал Тайлер.

— Я так и понял, — сказал Кромптон. — Вы даже вешаете человека до того, как его жертва скончалась.

— Я же сказал, что Финч вот-вот отдаст концы, — повторил Тайлер, и глаза его сузились в щелочку. — А вы тут потише, не вмешивайтесь в дела правосудия Кровавой Дельты, иначе вам самому не поздоровится. Нам ни к чему все эти адвокатские штучки-дрючки, мы и сами разберемся, кто прав, а кто виноват.

— Оставь его, пойдем отсюда, — испуганно пролепетал Лумис.

Кромптон не обратил на него внимания.

— Мистер Тайлер, Дэн Стэк — мой сводный брат, — сказал он шерифу.

— Тем хуже для вас, — сказал Тайлер.

— Мне в самом деле необходимо увидеться с ним. Всего на пять минут. Чтобы передать ему последние слова его матери.

— Ничего не выйдет, — сказал шериф.

Кромптон порылся в кармане и вытащил замусоленную пачку банкнот.

— Всего две минуты.

— Ну, может, я и смогу… А, черт!

Проследив за взглядом Тайлера, Кромптон увидел толпу людей, шагавших к ним по пыльной улице.

— Вот и парни идут, — сказал Тайлер. — Теперь уж точно ничего не получится, даже если бы я захотел. Но вы, пожалуй, можете посмотреть, как его будут вешать.

Кромптон отошел в сторонку. Их было человек пятьдесят, и к ним подтягивались все новые и новые люди. Все как на подбор жилистые, сухощавые, битые жизнью — таким палец в рот не клади, — и почти у каждого на лице усы и пистолет за поясом. Они перебросились несколькими словами с шерифом.

— Не делай глупостей, — предупредил Кромптона Лумис.

— А что я могу сделать?

Шериф Тайлер отворил дверь амбара. Несколько человек вошли туда и вскоре вернулись, волоча за собой арестанта. Кромптон не мог разглядеть его — толпа сомкнулась вокруг Стэка.