Ну уж то, что она влюбилась, было наихудшей новостью из всех возможных. Надо же, какое невезение! У нее были четкие планы, она собиралась учиться танцу под руководством одной из граций, может быть, стать ее помощницей, выступить в роли Музы. Теперь этим планам крышка. Она влюбилась в человека, в глупого человека! Это похуже, чем забеременеть. По крайней мере, беременность принесет тебе ребенка. А влюбленность не обещает ничего, кроме крушения предшествующих надежд и планов.
Нет, она не намеревалась принять подобную участь покорно. Прежде всего надлежало выбраться отсюда, чтоб одолеть искушение схватить Артура и задушить поцелуями, невзирая на презрение к нему, — уж такая странная штука любовь.
Влюбиться против собственной воли, да еще в человека! Тут безусловно следует что-то предпринять. Раненое божество инстинктивно ищет излечения; поражение любовью ничем не лучше любой другой напасти.
Меллисента отправилась во ВКУНС.
Давным-давно обнаружилось, что боги чрезмерно подвержены внезапным порывам. Замечательно разглагольствовать о божеских причудах и капризах. Но каждому понятно, что боги славны своим спокойствием, а вовсе не склонностью к поведению, какое даже люди не склонны признавать естественным. Сколько бы высококлассные бабники, как, например, Зевс, ни уверяли, что их амурные похождения — часть их божественной природы, однако в сердце, в глубине души, там, где совершаются подлинные оценки поступков и мыслей, они и сами прекрасно понимают, в чем тут соль.
Одно из важнейших различий между богами и людьми состоит в том, что люди разобщены и обречены полагаться лишь на собственные силы, а боги создали для себя программу поддержки. Если бог вдруг столкнулся с трудностями психологического свойства, он знает, что делать, — надо обратиться в Высшую Консультацию по Устранению Нежелательных Странностей. Во ВКУНС.
Что и сделала Меллисента, как только поняла, что Купидон подцепил ее на крючок. Она извинилась перед гостями — ей хотелось уйти красиво. А Артуру сказала:
— Слушай, было мило с тобой познакомиться. Но мне надо идти. Загляну к тебе как-нибудь еще, ладно?
— Конечно, — промямлил Артур.
Выбежав из коттеджа, Меллисента нажала кнопку «6» на ручной клавиатуре, загримированной под браслет, и мгновенно перенеслась в Починочный ряд, как его называли в просторечии.
Это была длинная грязная улица где-то в пределах Божьего царства, и никто никогда не предпринимал попыток ее обустроить и принарядить. Богам и богиням, которые попадали сюда, было не до архитектуры и убранства интерьеров. Соответственно Улицу Обновленных Мечтаний — более официальное название — с незапамятных времен даже не подметали. В сточных канавах громоздился мусор, а витрины выглядели так, словно здесь пронеслась пыльная буря. Осветительные фонари мигали, бросая тусклые оранжевые блики на все вокруг и превращая прохожих в призраки. Это была серьезная улица, не скрывающая своей серьезности.
Меллисента направилась прямиком в главную контору ВКУНС. Там даже витрины не было, только вывеска и стрелка, указывающая вверх. Преодолев три лестничных марша, подошла к двери, толкнула ее и очутилась в небольшой приемной, по углам которой стояли столики с наваленными на них журналами. И никого, кроме регистраторши, крупной суровой дамы с пучком на затылке.
— Чем можем помочь? — осведомилась дама.
— Меня поразила стрела Купидона, — пожаловалась Меллисента.
— Давно ли?
— Вероятно, меньше часа назад. Я прибыла сюда так быстро, как только смогла.
— Быстрота в таких делах существенна, — одобрительно произнесла регистраторша и, нажав кнопку на пульте, пригласила: — Проходите.
Она провела Меллисенту в соседнюю комнату, где стояла каталка на колесиках, и предложила лечь. Открылась другая дверь, и вошел высокий молодой бог при бородке, в длинном белом халате и с зеркальцем на лбу.
— Ужалена любовной стрелой, — пояснила регистраторша.
Доктор кивнул. Он постарался сохранить невозмутимость, но по складкам, побежавшим над бровями, Меллисента могла догадаться, что он воспринял случай как серьезный. Достав из кармана какой-то инструмент, доктор настроил индикатор и оплел запястье Меллисенты эластичной лентой.
— Ты что, будешь измерять мне кровяное давление?
— Нет. Это анализатор, проверяющий субстраты твоей крови и устраняющий их в случае нужды. Надеюсь, еще не поздно.
— Я прибыла сюда сразу, как только смогла.
Доктор пожал плечами.
— Скорее всего ты прибыла, как только тебе это представилось возможным, что далеко не одно и то же. Сперва ты извинилась перед друзьями или перед теми, кто был рядом, потом еще задержалась подправить макияж, а может, даже сделать звоночек-другой.
— Никаких звоночков, — заверила Меллисента. — Сразу сюда. Хоть я и не знала, что надо так спешить.
