и Индонезии. Казалось, половина Африки пришла в движение, переполнив все города и порты от Каира до Момбасы. Если не считать отдельных рейсов в Европу и Америку, все самолеты были переброшены на беспосадочный челночный маршрут до Джидды. К перевозке паломников приложили руку даже ВВС США, и все равно справиться с этим человеческим потоком не было никакой возможности.
— Нам еще повезло, что мы достали билеты на поезд, — сказал своим спутникам майор Харкнесс.
— По-вашему, это можно назвать везением? — хмыкнул Мак-Кью. — Я буду чертовски рад, когда наконец-то доберусь до Джидды.
— Сомневаюсь, — сказал майор. — Если здесь сейчас такой бедлам, представляете, что творится в Джидде?
— Представляю, — раздраженно бросил Мак-Кью. — А тут еще и в поезде трясись.
— Кстати, — вспомнил Харкнесс, — кто-нибудь в курсе: Отт нормально улетел, все в порядке?
— Думаю, да, — ответил Рибейра. — Мистер Прокопулос поехал с ним, чтобы за всем проследить.
— Очень любезно с его стороны, — сказал Харкнесс.
— Джентльмены, не хотите ли вы сходить вместе со мной на экскурсию? — спросил Эберхардт. — Здесь неподалеку находится музей суданской археологии.
— Я там уже бывал, — откликнулся Харкнесс.
— Я там не бывал, — сказал Рибейра, — и не испытываю ни малейшего желания. Мне нужна ванна, двенадцатичасовый сон и приличный обед — только после этого меня начнут интересовать местные достопримечательности.
— Точно-точно, — поддержал его Мак-Кью. — Я и сам такой грязный и уставший, что не пройду и лишних пятидесяти ярдов, даже если мне скажут, что здесь за углом стоит Тадж-Махал.
— Вполне согласен, — лаконично поддержал его Эчеверрья.
— Я просто подумал, что предложить все-таки стоит, — сдался Эберхардт. — Музей суданской археологии — необыкновенно интересное место.
— К черту музеи! — буркнул Мак-Кью. — Сейчас слишком жарко для экскурсий.
— Думаю, — сказал Эчеверрья, — нам стоит вернуться в наше купе, пока его кто-нибудь не занял.
Пятеро европейцев равнодушно пошли к поезду. В вагоне их встретил Прокопулос.
— Ну что, посадили они Отта на самолет? — спросил Харкнесс.
— Да-да, конечно, — ответил Прокопулос. — Я сам проводил его до трапа. Возможно, в эту минуту мистер Отт уже пересек египетскую границу.
— Оказывается, и от гепатита бывает польза, — сказал Мак-Кью.
Они вошли в свое купе и обнаружили там лейтенанта английской полиции и двух суданских констеблей.
— Добрый вечер, джентльмены, — сказал лейтенант. — Я не смог отыскать вас на вокзале и потому позволил себе подождать здесь. Могу я посмотреть ваши документы?
— А в чем дело? — спросил Харкнесс. — У нас уже проверяли документы в Генейне.
— Прошу прощения, сэр, но у меня приказ.
Майор что-то проворчал и полез за паспортом. Остальные последовали его примеру. Лейтенант сел за столик, внимательно посмотрел каждый паспорт, потом вернул их владельцам.
— Благодарю вас, джентльмены, — сказал он. — Надеюсь, я не причинил вам особых неудобств. А вам, мистер Прокопулос, придется пройти со мной в управление полиции.
— В чем дело? — возмутился Прокопулос.
— Мы поговорим об этом в управлении.
— Но я опоздаю на поезд! Вы не имеете права препятствовать моему отъезду только из-за того, что кто-то хочет получить ответ на какие-то дурацкие вопросы.
— Сожалею, сэр, но ничем не могу помочь.
— Какая нелепость! Я отказываюсь идти!
— В таком случае я буду вынужден арестовать вас, — проговорил лейтенант с несчастным видом.
— Мои документы в полном порядке! — возмущенно заявил Прокопулос. — В чем меня обвиняют?
— Я думаю, это удобнее будет обсудить в управлении.
— Нет! — закричал Прокопулос. — Я имею право знать, за что меня арестовывают!
— Ну что ж, — пожал плечами лейтенант. — Я получил предписание арестовать вас по обвинению в похищении драгоценных камней и их незаконном вывозе из Южной Африки.
— Но это абсурдно! — воскликнул Прокопулос. — У меня нет никаких драгоценных камней, и я никогда в жизни не бывал в Южной Африке!
Терпение лейтенанта истощилось.
— Давайте, — сказал он и кивнул констеблям. Суданцы двинулись к Прокопулосу.
