Но ни у кого не оставалось сил на убийство, хотя некоторым ракканцам уже начали приходить на ум такие мысли.
Все хорошее в этом мире когда-нибудь заканчивается. Но то же самое случается и со всем плохим. Вечером Майид увидел на севере три приземистых холма, а на юге — изогнутый подковой базальтовый выступ. Он выпрямился в седле и стал внимательно вглядываться вперед, придерживая опухшие веки обеими руками.
Остальные остановились и ждали, не отваживаясь на что-то надеяться. Майид долго вглядывался в горизонт, переводя взор с севера на юг и обратно. Потом нахмурился и вновь опустился в седле.
— Похоже на то, что я допустил ужасную ошибку! — мрачно сказал он Дэйну.
— Ты хочешь сказать, мы оказались не там, где надо?
На лице Майида отразилась глубокая удрученность и досада.
— Ты угадал. Что я за дурак! Как мог я, чистокровный азми, совершить такую тупую ошибку?!
Ракканцы внимательно прислушивались к разговору. Кое-кто из них начал нервно поглаживать пальцами винтовки.
— Не там, где надо! — гневно выкрикнул Джабир, пряча за злостью растерянность и отчаяние. — О многомудрый азми, не хочешь ли ты признать, что ты заблудился в пустыне?!
Дэйн приметил, что Мухаммед ибн-Хисса ничуть не встревожен. Более того, халиди даже, похоже, изо всех сил старался не улыбнуться.
— Заблудился? Нет, о Джабир, я сказал совсем не это, — продолжал Майид. — А только то, что мы оказались не там, где я рассчитывал.
— Будь так добр, объясни убогому, что это значит! — проронил Джабир, и голос его прозвучал, как шелест вылетевшего из ножен меча, готового скреститься с мечом врага.
— Я думал, мы окажемся немного южнее, — ответил Майид. — Но я ошибся и никак не могу понять, почему! Впрочем, Джубаил-аль-Бахри прямо перед нами, примерно в трех милях отсюда.
— Ты хочешь сказать, мы успели? — недоверчиво спросил Джабир.
— Естественно! Но я сказал правду — мы не там, где должны были оказаться! Я рассчитывал, что мы выйдем вон там.
И Майид указал на кучу валунов примерно в пятидесяти ярдах от места, где остановился отряд, неотличимую от любой другой кучи валунов.
Мухаммед ибн-Хисса не выдержал и рассмеялся шутке. Он смеялся, как мог, хотя смех его более походил на лай волка, бил себя ладонями в грудь, подбрасывал в воздух винтовку и тут же ловко подхватывал ее. Наконец к нему вернулась серьезность.
— Только азми мог так промахнуться! — сказал он Майиду. — Авазими никогда не знают, куда едут — доказательством тому твои собственные слова!
Джабир спросил:
— Вы точно уверены, что мы вышли к Джубаилу?
— Погляди сам! Смотри прямо перед собой и чуть вправо. Вот так! Видишь, там верхушка водонапорной башни?
Джабир посмотрел в том направлении и кивнул. Ему пришлось проглотить свою злость.
— В самом деле. Ты совершил невозможное, Майид! Ты настоящий мужчина, и клан Авазим может гордиться тобой!
Ракканцы начали благодарить проводника, не очень энергично, зато искренне. Дэйн поздравил Майида. Мухаммед Халиди улыбнулся и кивнул.
— Неплохо, азми! — сказал он, как будто не произошло ничего необычного. Впрочем, он и сам запросто мог с этим справиться.
Отряд снова пустился в путь, держа на водонапорную башню. Ее вид влил в измученных ракканцев новые силы, и даже верблюды, казалось, почувствовали близкое окончание путешествия, потому что перешли на рысь.
— Нам нельзя въезжать в город всем вместе, — сказал Дэйн. — Хотя мы, похоже, оставили в дураках саудовцев с их грузовиком.
— Похоже на то. Но радоваться рано, — сказал Майид. — Саудовцы могли поехать из Таджа прямо в Джубаил по новой южной дороге и сейчас поджидают нас на окраине города. Или, не найдя нас в тех селениях, они могли вернуться к нашему следу и сейчас находятся в какой-нибудь паре миль у нас за спиной. Одно можно сказать наверняка: грузовика мы сейчас не видим — но только сейчас. И если я хоть что-нибудь понимаю в саудовцах, они обязательно появятся — рано или поздно!
Майид повернулся к ракканцам:
— Слушайте меня! С этой минуты кто-нибудь должен все время смотреть назад! Ни на мгновение не спускайте глаз с наших тылов! И держите винтовки наготове!
Глава 17
