— Не учи. Сам знаю, как себя вести. Что делает Асмодей? Кажется, он что — то читает? Никогда бы не подумал, что лорды — демоны умеют читать.
— Ну, насмешил. Если бы он тебя услышал, ты бы узнал, что он умеет не только читать, но и шутить! — Агриппа присмотрелся. — Думаю, он просматривает тезисы своей речи.
— Какой речи? — не понял Мундренч. — О речах ты ничего не говорил.
— Я думал, ты сам догадаешься, что это за банкет.
— Банкет — это большая — пребольшая пьянка. Разве не так?
— Так — то так, но наш банкет — нечто намного большее, — объяснил Агриппа. — Здесь объявят победителя Турнира в честь нового тысячелетия, который и будет определять теперь судьбы людей.
— А судьбы людей — это так важно? — опять не понял Мундренч.
— Для нас — нет, но для людей их судьба очень важна, — ответил Агриппа.
Мимо Мундренча, благоухая мускусом рептилий, прошествовал Безымянный Ужас под руку с натурщицей пикмановской разновидности. Спутница обратилась к нему с вопросом:
— Вы слышали, что случилось с проектом сил Добра?
Судя по тому, как прорычал Безымянный Ужас, стало понятно, что ему об этом ничего не известно.
— Все их проклятое сооружение рухнуло! Получилась великолепная куча из кирпичей и хваленого цветного стекла. Жалко, горгульи тоже развалились.
— Как это произошло? — проворчал Безымянный Ужас.
— Что — то там было не так с контрфорсами и пролетами. Не знаю, я не очень хорошо разбираюсь в механике. Кажется, силы Добра тоже. Ха! Ха!
— Я бы еще выпил, — сказал Мундренч. — Ты обещал, что будет очень весело.
— Вот официант с ихором, — заметил Агриппа. — Только, пожалуйста, не наделай глупостей.
— Буду пить столько, сколько захочу! — упрямо заявил Мундренч, ловко хватая графин с ихором. — Наверное, я выпью очень много. Много пить — это совсем не глупость.
У входа в банкетный зал возникло какое — то замешательство. Нарушителем спокойствия был некий демон с лисьей мордой. Пробираясь по залу, он выписывал немыслимые зигзаги, сталкивался с официантами, сбивал блюда со стола.
Со всех сторон доносились возмущенные восклицания:
— Какое нахальство!
— А это не?..
— Разве?..
— Похоже на Аззи.
— Не тот ли это демон, что участвовал в Турнире?
— Хотел бы я знать, что же произошло.
— Эй, Аззи, что с тобой?
— Я слышал, ему удалось сделать что — то грандиозное.
— А я думал, он еще в преисподней.
— Похоже, он пьян в стельку.
— Эй, парень, поосторожней!
— Что ты хочешь от пьяного демона?
— Кстати, а что он собирался сделать со стеклянной горой?
— Аззи, задай им жару!
— Точно! Жару, огня — и серы не забудь добавить!
Мундренч становился все более неуправляемым. Агриппе он уже совсем не нравился.
А тем временем банкет близился к своему апогею. Демоны в черных смокингах подали на серебряных подносах новые блюда, в том числе очень своеобразные, например жареных детенышей химер. Если блюдо было уж совсем непонятным, то к нему прикрепляли табличку, объясняющую, что это такое и как с ним обращаться, а некоторые даже говорили сами. Например, тушеная репа объявляла: «Здравствуйте! У меня отменный вкус!»
Все гости болтали, и в зале стоял оглушительный шум. Чтобы перекинуться парой слов с существом, сидевшим через два места, приходилось прибегать к помощи телефонной трубки из морской раковины. Такие трубки были вмонтированы в каждое кресло. На необычном экране, протянувшемся над всем банкетным столом, демонстрировали портреты великих созданий сил Добра и сил Зла прошлого, а также живые картины, в которых рассказывалось об
