дым. Когда облако дыма рассеялось, она увидела невысокого рыжего демона, чем — то напоминавшего Братца Лиса из известной сказки.
— Аззи! — воскликнула Илит. — Что ты здесь делаешь?
— Я взял отгул, — сказал Аззи. — Захотелось немного отдохнуть от гадких дел, прогуляться по святым местам. В конце концов, однообразие надоедает. Вот я и решил сменить обстановку.
— А свои убеждения ты, случайно, не решил сменить? — колко спросила Илит.
— Нет, не в пример некоторым, — ответил Аззи, намекая на темное прошлое Илит, начинавшей свою духовную карьеру в роли ведьмы. — Что за славные у тебя детки, — прибавил он, указывая на очаровательных малюток — ангелочков.
— Да, и к тому же, как видишь, они ведут себя ужасно хорошо, — не преминула заметить Илит.
— Что же в этом удивительного? Ангельское поведение для ангела — все равно что чертовщина для черта.
Тем временем юные херувимы, оставив тихие игры, затеяли шумную возню среди надгробий. В тишине кладбища их тоненькие, приторно — сладкие голоса были далеко слышны:
— Смотри, смотри, что я нашел! Это могила св. Ательстана Медоуста![363] — Ну и что! А я нашла могилу святой Анны — Главы Покаянной. Это очень известная святая, гораздо более известная, чем твой Медоуст!
Златокудрые, белокожие, курносые ангелочки с пухлыми розовыми щеками, казалось, сошли с какой — нибудь глянцевой рождественской открытки. На первый взгляд они отличались друг от друга не более, чем горошины из одного стручка: широко раскрытые голубые глаза, крупные шелковистые локоны, падающие на плечи по моде того столетия. У каждого за спиной имелась пара крылышек, покрытых нежными перышками, еще не успевшими истрепаться под ветрами Неба и Земли. Однако крылья их сейчас были спрятаны под широкими белыми и розовыми ангельскими одеяниями и замаскированы отделкой из кружев. Не то чтобы вся эта милая компания путешествовала инкогнито — им нечего было таиться, ведь в 1324 году мало кто из людей удивился бы, увидев ангела. Однако у детей Эфира существовало неписаное правило прятать свои крылья, сходя с небес на землю.
Да, на Земле в тот момент, когда Илит опустилась на дорожку старого английского кладбища, шел 1324 год. В те времена мир людской посещало множество гостей из потустороннего мира — как званых, так и незваных. Ангелы и демоны, сатиры и нимфы, обосновавшиеся здесь на правах старинных знакомых, божества давно забытых религий, Бог знает какими ветрами занесенные в чужие края, причудливые порождения фантазии — смешные и страшные, уродливые и красивые, разные бесплотные создания, происхождение которых было столь же туманно, как и принимаемые ими формы, наполняли земные города и села, леса и парки, реки и озера. В эту пеструю эпоху, названную впоследствии Возрождением, общество отличалось известной широтой взглядов и терпимостью.
— И что же ты делаешь здесь, Илит? — спросил Аззи.
Прелестная брюнетка объяснила ему, что она привела этих невинных отроков и отроковиц на экскурсию по известнейшим гробницам Англии. Экскурсия входила в план обучения Закону Божьему — лекции этим юным созданиям уже читали, зачеты почти все сданы, а практика должна была начаться только летом. Илит была ярой сторонницей воспитания молодежи в страхе божьем — возможно, здесь сказывалось ее бурное прошлое (ведьма, состоявшая на службе у Темных Сил, она перешла на сторону Добра, полюбив Ангела Гавриила). Дети должны получить блестящие знания, чтобы впоследствии самые сложные и каверзные людские вопросы не смогли смутить их или поставить в тупик.
То местечко на севере Англии, с которого небесные гости начали свою экскурсию, — Юдоль Страдания, не слишком широко известная в те времена — как раз подходило для таких целей. Здесь нельзя было найти клочка земли, в которой не лежал бы прах какого — нибудь святого или кости мученика, пострадавшего за веру. Юные ангелы и ангелицы погрузились в созерцание надгробных камней, сосредоточенно разбирая надписи на староанглийском языке и увлеченно обсуждая свои маленькие открытия.
— Так вот, оказывается, где похоронена Св. Цецилия Опрометчивая, — прозвенел тоненький голосок. — Я недавно говорила с нею — еще когда мы были там, на небесах. Она попросила меня помолиться у ее могилы.
Аззи повернулся к Илит:
— Похоже, дети не слишком нуждаются в твоем надзоре. Почему бы тебе не прогуляться вместе со мною? Пообедаем вместе…
Когда — то очень давно Илит и Аззи были близки — в те времена оба они были молоды и служили Темным Силам. Лукавый демон, подававший большие надежды, легко вскружил голову хорошенькой ведьмочке. Да, были когда — то времена…
Она сделала несколько шагов в направлении, указанном Аззи, — к дубу, широко раскинувшему свои мощные ветви, — и во мгновение ока перенеслась в совершенно другой мир. Теперь вместо дуба перед ней были пальмы, а вместо правильных рядов могильных камней, кое — где начавших зарастать мхом, до самого горизонта раскинулась морская гладь. Солнце — огромный оранжевый шар — висело над морем. На узком песчаном берегу не было ни души. У самой кромки воды стоял роскошный шатер. Полог у входа был откинут, и Илит могла видеть стол, накрытый с восточной пышностью. Каких только яств здесь не было! Столетние вина в серебряных узких кувшинах стояли на парчовой скатерти. Спелые плоды, казалось, вобрали в себя золотистые лучи, которыми щедро одарило их тропическое солнце. Чуть поодаль возвышалось широкое ложе. Пуховые подушки и шелковые одеяла лежали на нем горой. За занавеской хор сатиров исполнял куплеты любовного содержания.
— Приляг, — пригласил Аззи свою бывшую подружку, обняв ее за плечи и подведя к ложу. — Я угощу тебя вином, фруктами и охлажденным
