поменялось местами, hombre! Теперь я Охотник, а ты — Жертва. Как тебе это нравится, gringo?
Грязный «БМВ» резко затормозил возле машины Гусмана, подняв облако пыли. Оттуда выскочил Эмилио, держа в руках «винчестер» с охотничьим прицелом. На плече у него висел двухствольный обрез.
— Попался, да? — спросил Эмилио. — Отлично, пошли за ним, mi colonel.[91] Я справа, ты — слева. Судя по тому, как он улепетывал, с оружием у него напряженка.
— Неплохой план, — сказал Гусман, — все как в старые добрые времена. Но сегодня ты останешься здесь, верный друг. Я пойду за ним один.
— Босс, вряд ли это самое удачное решение, — заметил Эмилио.
— Ты не понимаешь, — ответил Гусман, — это mano a mano, классическая дуэль не на жизнь, а на смерть. К тому же я давно уже не веселился как следует.
— Босс, — сказал Эмилио, — я знаю, что ты настоящий тигр, но все же позволь мне пойти с тобой.
— Ты можешь прикрывать меня сзади, — сказал Гусман. — Но ни в коем случае не стреляй в него. Он мой, tu sabes? [92] Я лично должен его прикончить. — Он сошел с берега на мелководье и, крикнув: — Эй, Блэквелл, yo vengo,[93] — направился к мангровому островку.
— Он всегда отличался упрямством, — с восхищением пробормотал Эмилио.
Он покачал головой и пошел за Гусманом. После секундного колебания за ними последовала и Мерседес.
Глава 63
В комнате было прохладно. Под потолком медленно вращались широкие лопасти вентиляторов. Дикерсон и Дал сели в конце длинного стола. Блэйк и Коэлли стояли, прислонившись к стене, покрытой рогожей из листьев ротанговой пальмы, готовые выхватить оружие в любую секунду. Пока такой необходимости не было. Дал смешал два коктейля из рома и протянул высокий запотевший стакан Дикерсону.
— Чин-чин, — сказал Дикерсон и сделал глоток.
— Господи, неужели люди до сих пор так говорят? — удивился Дал.
— Какая разница, как они говорят. Перейдем лучше к делу.
— Разумеется. Вы, как я понимаю, мистер Дикерсон, глава резидентуры в Южной Флориде, второй оперативный отдел ЦРУ?
Дикерсон коротко кивнул.
— А вы — Дал, начальник карибского сектора Багамской корпорации. На вас и вашу организацию у нас имеются солидные досье.
Дал улыбнулся:
— У нас на вас тоже.
— Думаю, что мне следует сразу уточнить наши позиции, — сказал Дикерсон, — чтобы не оставалось никаких недомолвок. Мы считаем деятельность Багамской корпорации незаконной. Она ведет к огромным штрафам и длительным тюремным заключениям.
— Конечно, мы вне закона, — сказал Дал. — Но наше дело благородное и справедливое. И никто не сможет ничего нам сделать на нашем собственном острове. Я полагаю, мистер Дикерсон, что в вашем положении не стоит прибегать к угрозам.
— А я и не собирался вам угрожать, — ответил Дикерсон. — Просто мне хотелось внести ясность.
— Вы назвали нас незаконной организацией, — сказал Дал. — Но на самом деле мы — последняя надежда человечества.
— Ладно, пусть будет так, — согласился Дикерсон. — А теперь давайте о деле.
На лице Дала появилось удивленное выражение.
— Что вы имеете в виду?
— Ведь это вы настаивали на нашей встрече? — спросил Дикерсон.
— Я не понимаю, о чем вы говорите, — произнес Дал. — Относительно вас я не получал никаких инструкций. Ваше появление на острове для нас полнейшая неожиданность, хотя мы и не собираемся отказывать вам в гостеприимстве.
Собеседники уставились друг на друга. Дал откашлялся. Рука Дикерсона непроизвольно дернулась — очевидно, это было физическое проявление подавляемых долгое время страхов проговориться о чем-либо секретном, — и опрокинула бокал с коктейлем. Прежде чем кубики льда упали на стол, Блэйк и Коэлли выхватили из-под пиджаков автоматы. В потолке открылся люк, и оттуда высунулось дуло «АК-47», которое медленно повернулось в сторону Блэйка и Коэлли. Затем боковая дверь в зал распахнулась, и на пороге появился Зейл в сопровождении двух лаборантов из Лос-Анджелесского университета, одетых в футболки с изображением щенка Снуппи.
— Что случилось, Зейл? — сдавленным голосом спросил Дикерсон. — Я вроде приказал тебе оставаться на корабле… тьфу! — на самолете.
