громада Уитона.
— Отпустите его, — насмешливо бросил Найджел. — Ему ничего не известно о виндсерферах.
— Откуда вы знаете, что ему неизвестно о виндсерферах? — спросил Пако.
— Потому что я сам их забрал.
Мексиканцы искали возможность сделать с Найджелом нечто ужасное, но он встал за шкаф с картотекой. К тому же они заметили, что он вооружен легкой быстрострельной «коброй би стинг», новым индонезийским оружием, которое в прошлом году израильтяне показали на Бейрутской выставке зверств. В другой руке Найджел держал гранату с нервно-паралитическим газом, предназначенную для того, чтобы сосредоточить ваше внимание на небольшой утрате, всего лишь на потере зрения. Правда, только в том случае, если вы не успели вовремя закрыть глаза, когда она начала действовать.
— Сержант, — распорядился Уитон, обернувшись к мужчине в униформе, чья кепи французского полицейского смутно виднелась за его спиной, — уведите этих людей.
Появление сержанта сопровождалось еще четырьмя французскими полицейскими в форме и с автоматами «узи». Двое других полицейских выбили окна и вошли, выставив вперед автоматические пистолеты. Мексиканцы были обезоружены. Пришла пора бросить автоматы и положиться на адвокатов. Они не сопротивлялись, когда на них надели наручники и увели.
Потом, стряхивая капли дождя со светло-голубого плаща, в комнату вошел Фошон.
— Привет, босс, — обратился к нему Уитон.
— Хорошая работа, Найджел, — похвалил Фошон.
Так я получил первый намек, что мой старый друг, Найджел Уитон, работает в полиции.
— Полицейский информатор! — воскликнул я, окидывая его соответствующим гневным взглядом.
— Да, старина, — подтвердил Найджел. — Я работаю в полиции уже несколько лет. С тех пор, как инспектор Фошон помог мне выбраться из беды, в которую ты втянул меня в Турции.
Я пропустил его слова мимо ушей.
— Как к тебе попали виндсерферы?
— Проще простого, — усмехнулся Найджел. — После нашей встречи в Гонфлере я не вернулся в Париж, а поехал в соседний город, Сен-Луп, и пропустил там в баре пару рюмок. Когда приземлился самолет Вико, я позвонил ему из бара отеля. Пока он выяснял, кто ему звонит, я нанял такси, чтобы забрать его сумки с виндсерферами. Для этого очень пригодились твои пять тысяч франков. Я оставил сумки в камере хранения Сен-Лупа, где они и ждут до сих пор, пока мы с удовольствием их заберем.
— Ты мог бы сказать мне об этом, — фыркнул я.
— И ты мог бы хоть словом намекнуть мне в Турции, — пожал плечами Найджел. — Хотя я понимаю, вполне естественно отказаться от друзей, когда другого выхода нет.
Память перенесла меня к боли и пыткам в Стамбуле. Маленькая звуконепроницаемая комната позади таможни. Яросик, расслабляющий галстук и закатывающий рукава: «Нет смысла, Хоб, продолжать игру. Мы знаем, что товар движется. Где он? Скажите нам, или все упадет на вас».
56. ФОМОН ЗАКОНЧИЛ ДЕЛО
Жандарм ввел в комнату Ракель, крепко держа ее за локоть. Фошон отнюдь не дружественным тоном обратился к ней.
— Мадемуазель, — начал он, — по вашему собственному признанию, вы совершили нападение с намерением убить. Только тот факт, что вы пытались убить человека, которого мсье Дракониан, как он заявил под присягой, несколько дней назад видел мертвым, мешает мне предъявить вам обвинение в соответствии с французским уголовным законодательством. По-моему, вы не совсем уравновешенны, мисс Старр. Это нехорошо, и я прошу вас обратиться за советом к психиатру, когда вы вернетесь в вашу страну.
— Большое спасибо, — проговорила Ракель. Она выглядела маленькой и жалкой. Правая рука висела на перевязи. Ее ушибло отдачей. — Я просила бога, чтобы мне удалось прикончить его. Но я его только ранила. И маленькая латиноамериканская шоколадка посадила его как ни в чем ни бывало в самолет. Вам не следует разрешать растратчикам вроде него летать в вашем национальном воздушном пространстве.
— Мы очень часто не разрешаем, — возразил Фошон. — В любом случае, ко мне это не имеет отношения. Это забота другого департамента. Полагаю, министерства финансов.
— Пошли вы все к черту, — буркнула Ракель.
— Хорошо, — продолжал Фошон. — По-моему, мы здесь видим счастливое завершение дела. Как вы, наверно, догадываетесь, Об, нас главным образом интересовала афера с виндсерферами. Мы знали, что в ход пущена такая схема. Но было трудно обнаружить, кто за ней стоит. Благодаря вам, хотя
