— Ты их видел?
— Нет, но все указывает на наших бывших собратьев. Смертный не в состоянии убить Велию, Зефиала и Нахема подобным образом. Так просто не бывает. С легионерами — не бывает. Даже я не заметил растяжку.
Элиас ухмыльнулся.
— Теряешь сноровку.
— Возможно.
— В этом регионе космоса нет сосредоточенных легионерских сил. Именно поэтому лорд Эреб нас сюда и отправил. Предполагалось, что нам никто не будет мешать. Кто они?
— Думаю, остатки армий. Выжившие, которые собрались вместе и проводят собственные боевые операции.
— Отбросы с Исствана? — пораженно спросил Элиас.
— Да, наверное. Я не могу говорить с уверенностью, пока не изучу их получше.
Элиас помолчал, словно взвешивая важность новостей.
— Нарек, ничто не должно помешать нам исполнить задуманное. Исход войны может зависеть от космологического сдвига, который мы здесь совершаем.
— В таком случае очень кстати, что я не с пустыми руками.
— Предмет, который они забрали из катакомб, у тебя?
Нарек поднял его во второй руке.
— Это копье. Или скорее наконечник копья.
Глаза Элиаса загорелись.
— Свое затачивать, их затуплять…
Нарек непонимающе нахмурился.
— Принеси его мне к месту ритуала, — сказал Элиас. — Наши братья скоро приведут на заклание новых смертных, и я хочу изучить артефакт до их прибытия.
— Что мне делать с легионерами-лазутчиками? Человек, которого мы преследовали, все еще у них.
— Они сейчас не важны. Принеси мне оружие, Нарек. Этих жалких ничтожеств мы раздавим потом, — Элиас улыбнулся с самодовольной злобой. — Мы заставим их пожалеть, что они не погибли на полях Исствана вместе со своими братьями.
— Разумеется, — Нарек уже собирался прервать связь, когда Элиас позвал его.
— Какое оно? — спросил он.
Нарек повернул копье в руке. Оно было коротким — наконечник длиной и шириной походил на боевой нож, а обломанное древко составляло примерно половину его размера. Выглядело оно совсем не примечательно: просто кусок качественного минерала в форме копья, серый, по-металлически гладкий, с острым лезвием. Но когда Нарек его касался, он чувствовал давление скрытой внутри силы и видел вспышки энергии, без конца пробегавшие вдоль лезвия, когда на него падал свет.
— Божественное…
Единение закончилось, и Нарек остался в компании одних лишь собственных мыслей. То, что на улице под ним лежало три мертвых брата, его не злило — «злость» была слишком простым словом и не могла описать его эмоциональное состояние в тот момент. Даже смерть Харука, которого он лично презирал, требовала реакции. Что-то свербило внутри, как бывает, когда надо закончить какое-то дело, восстановить нарушенный баланс.
Он решил, что сразу копье не отдаст. Это шло вразрез с приказом, но Нарек руководствовался долгом, а не прихотями темного апостола. В первую очередь следовало выполнить обязательства перед братьями. Кроме того, он хотел посмотреть врагу в лицо.
Обнажив гладий и убрав копье в опустевшие ножны, Нарек открыл канал вокс-связи с Дагоном.
— Брат, эта крыша мне надоела.
— И что ты предлагаешь?
— Велия, Зефиал, Нахем и Харук убиты. Нам следует почтить память мертвых.
— Слушаю.
— Пойдем на охоту.
Нумеон впечатленным не выглядел.
— Это имя должно иметь для меня какое-то значение?
— Нет, не должно, — ответил Грамматик. — Для тебя не должно. Но должно то, ради чего я сюда прибыл.
— И ради чего же?
