затянутым в варп и станешь так же смердеть им, как и они.
— Ты думаешь, что…
— Я отчетливо вижу это. Магнус показал. Твой Легион на данный момент может быть свободен от варпа, но изменения грядут. Ты заключил свои соглашения, и теперь они придут за платой. Ты глупец.
Мортарион напрягся. Его глаза на секунду вспыхнули гневом, который он быстро подавил.
— Ты не…
— И по этой причине ты разыскал меня, — перебил Хан. — У тебя не осталось друзей. Кто теперь поддержит тебя против эфироплетов? Ангрон? Что за союзник. Кёрз? Удачи.
Хан презрительно взглянул на Мортариона.
— Ты отведал плоды предательства и нашел их горькими. Не втягивай меня в свои неудачи. Ты сам по себе, брат.
Самообладание Мортариона рассыпалось, сменившись разъяренным рыком. Безмолвие дрогнуло, и примарх XIV Легиона сделал полшага вперед, сжав кулак.
— Я прибыл, чтобы дать тебе выбор, — сказал Мортарион, с трудом контролируя голос. — Половина твоего Легиона уже за Хоруса, другая выполнит любой твой приказ. Время нашего отца закончилось — ты можешь стать частью порядка, который сменит его.
Хан улыбнулся. Улыбка вышла холодной и высокомерно презрительной.
— Новый император.
Мортарион сердито взглянул на брата, хотя не мог скрыть сомнения.
— Почему нет? Почему им не стать тебе?
Хан кивнул, наконец, все поняв.
— Или тебе. И в самом деле, почему?
Он приблизился, впервые заметив выцветшую кожу вокруг краев маски. Сколько времени он ее носит?
— Я скажу тебе, почему. Потому что мы никогда не были творцами империй. Мы были эскортом. Тебя это раздражало, а вот я принял.
Мортарион начал отходить. Безмолвие ожило, потрескивая зеленоватой энергией. Саван опустил свои косы в боевую позицию.
— Значит, тебя не убедить, — сказал Мортарион, отфильтрованный голос снизился до злого рыка. — Досадно. Я приложил много усилий, чтобы спасти тебя, брат. Мне будет неприятно убивать тебя.
За спиной Хана кешик приготовил свои клинки.
— И в этом заключается разница между нами, — ответил Джагатай, поднимая дао в защитную позицию. — Когда я убиваю, то всегда смеюсь.
21
НА МОСТИК
ТИРАНЫ
ПРИВЛЕКАЯ ВНИМАНИЕ
Это был скверный бой. Белые Шрамы ожесточенно сражались в ограниченном пространстве, не давая воли привычной для них экспрессии. Шибан подстегивал братьев наступать, напоминая о достоинствах превосходящей скорости и мощи. Торгун поступал также, заклиная своих воинов держать типичную для них упорную оборону.
Ни одна из сторон не получала удовольствие от бойни. Сотни бронированных сапог размазывали по мрамору брызжущую на пол кровь. Клинки находили цели, врезаясь между нагрудниками и наплечниками, пронзая смуглую кожу и разрывая трансчеловеческие органы. Замкнутое пространство звенело характерным шумом боя между космодесантниками: громкими агрессивными криками, грохотом болтеров, рычанием сталкивающегося силового оружия.
В сердце битвы сражались Шибан и Торгун, кружа и обмениваясь ударами и ложными выпадами. Когда один атаковал брешь в защите противника, другой закрывал ее. Ни один из них не допускал ошибок — они сражались идеально, пользуясь стилями родных миров. Торгун был методичен, надежен, собран; Шибан — изобретателен, динамичен, настойчив.
Братство Луны бились так же грамотно, как и его хан, но постепенно стало ясно, что они понесли большие потери в начале боя, нежели нападавшие. Несмотря на изначальное преимущество в возвышенной позиции, они, шаг за кровавым шагом, были оттеснены в помещения за лестницей: нижний зал мостика и длинный коридор за ним.
Шибан продолжал сражаться, не обращая внимания на первые уколы усталости в руках. Торгун не уступал.
