— Где?
Орманд попытался подняться и не смог, снова прислонившись к стене и шумно дыша.
— Вы ничего не знаете об этом месте. Алаксес — крепость. В ее недрах есть сокровища.
— Лев? — осмелился предположить Ква, схватившись за слабый шанс. Несмотря на вражду между Львом Эль’Джонсоном и Руссом, вдвоем они, несомненно, смогут изменить ход событий.
На лицо Орманда вернулась горькая улыбка.
— Лев? Откуда мне знать? — Он придвинулся, словно заговорщик, который наслаждался обменом секретов. — И мне безразлично, ведь я плевать на него хотел. Всем мы.
Видимо, Ква выдал свое удивление, потому что в налитых кровью глазах Орманда сверкнуло удовлетворение.
— Если хочешь правды, то вот она. Нас отправил сюда протектор Калибана, выполняя позорные приказы, которые устарели раньше, чем были отданы. И мы подчиняемся ему, и по его воле вы будете жить или умрете.
Орманд холодно улыбнулся.
— Знай вот что, жрец. Вы оказались среди армии Лютера.
Русс с Бьорном вошли на командный мостик в тот самый момент, когда до развилки осталось менее пяти тысяч километров. В первую минуту их никто, кроме часовых, не заметил. Глаза остальных людей были прикованы к носовому окулюсу, гололитическим проекциям и отметкам позиции флота на тактических экранах.
Довольный Русс выждал минуту, оставаясь в стороне вместе с Бьорном и парой истинных волков. Лорд Гунн первым уловил их запах и повернулся. Следом то же сделали остальные, приветствуя возвращение примарха со смешанными чувствами шока и облегчения.
— Что у нас здесь, Гунн? — спросил Русс, с важным видом направившись к трону. — Когда я в последний раз слышал о тебе, ты был на «Рагнароке», как и полагалось.
Гунн сверлил Русса взглядом, по-прежнему стоя одной ногой на платформе командного трона.
— Вот выход из туманности, повелитель. Пустота зовет нас.
Бьорн не отходил от примарха ни на шаг, продолжая внимательно наблюдать за остальными воинами. Атмосфера на мостике гудела от напряженного ожидания — воины принюхивались друг к другу, определяя вероятность применения силы. Эсир и Скрир подошли поближе к своему командиру, Гримнр и его люди сделали то же самое.
— Выход, — задумчиво повторил Русс, глядя на проекции. — И вход. Кажется, у нас есть выбор.
На лице Гунна мелькнуло раздражение.
— Вы, конечно же, шутите.
Русс оглядел мостик. Румяное лицо светилось радостью, но под ней угадывалась жесткость.
— Думаю, время для шуток прошло, Гуннар, — сказал примарх. Фреки и Гери не отходили ни на шаг от повелителя. Русс посмотрел на тактические дисплеи, которые мерцали полупрозрачными проекциями. — Мы повернем и направимся вглубь туманности.
— Нет! — непроизвольно взорвался разочарованный лорд Онн. — Есть другой путь.
— Мы уже пытались, разве нет? — понизил голос Русс, словно предлагая ярлу отступить без конфронтации. — Гунн, никто не сомневается в твоей отваге. Но, поверь мне, в этот раз ее будет недостаточно.
Гунн посмотрел на быстро приближающееся разветвление туннелей.
— Маневры спланированы, — не отступал ярл.
— Их можно изменить.
— Не сейчас, — лицо Гунна исказил гнев. Он проигрывал поединок, ведь его задумки не сработали. — Где вы были, повелитель? Приказы были отданы.
— Тебе следовало научиться доверять. Мы не покинем туманность и направимся в ее глубины.
— Нет, не направимся, — оскалился лорд Гунн. Старый воин почти не уступал в величественности своему примарху. Он был на голову ниже и не такой крупный в доспехе, но покрытое шрамами лицо и длинные клыки выдавали в нем закаленного бойца. — Мне плевать, что говорят руны, мы достаточно убегали.
Это был открытый вызов. Бьорн почувствовал, что его молниевый коготь дернулся почти невольно и услышал хриплый рык истинных волков. По всему мостику легионеры безмолвно приготовились.
Но Русс не стал тянуться за оружием. Он небрежно подошел к Гунну, демонстрируя расслабленные и пустые руки.
— Тебе пришлось нелегко, — сказал он по-прежнему тихим голосом, — но предупреждаю — держи себя в руках. Мой щитоносец должен быть рядом со мной.
