— У вас есть ваш отец, — сказала Аливия. — И Ноама с Кьеллом за вами присмотрят. Мне нужно здесь кое-что сделать, поэтому я не могу уйти. Пока не могу. Давным-давно я дала слово, и не могу его нарушить. Как бы мне того не хотелось.
— Пойдем с нами, — повторила Миска. — Пожалуйста, я тебя люблю и не хочу, чтобы ты умерла.
— Я не собираюсь умирать, — произнесла Аливия. — И когда я закончу, то приду к вам.
— Обещаешь? — спросила Вивьен.
— Клянусь жизнью, — сказала Аливия, зная, что это обещание ей никогда не исполнить. За все годы она нарушила множество обещаний, но от этого делалось больнее всего.
Она успокоила страхи девочек мягким импульсом.
— Слушайте, вам нужно идти. Там челнок, который отвезет вас на звездолет, и это будет самое большое приключение, которое у вас когда-либо случалось. А когда я здесь закончу, встретимся на борту. Разделим приключение, а?
Они закивали, и от веры, которая читалась у них на лицах, у нее едва не разбилось сердце. Аливии ничего так не хотелось, как сесть в этот челнок с ними, навсегда покинуть Молех, но старое обещание держало ее крепче.
Она полезла под куртку и достала потрепанный сборник сказок. Он был с ней дольше, чем она могла упомнить, но там, куда она направлялась, от него бы не было никакого толку. Ей не нравилась мысль, что книга закончит свои дни, навеки затерявшись под поверхностью Молеха, и она вложила ее в руки Вивьен.
И сомкнула пальцы девочки на корешке книги.
— Вив, я хочу, чтобы ты приглядела за ней ради меня, — произнесла Аливия. — Это очень особенная книга, и истории из нее не дадут вам бояться.
Вивьен кивнула и прижала книгу к груди.
— Все будет окей? — спросила Миска.
— Да, — ответила Аливия сквозь слезы. — Все будет окей.
Возле шеи подул вздох из прошлого, прохладный и пронизывающий, несмотря на изоляцию брони. Локен двигался медленно, стараясь сконцентрироваться на спине доспеха Ареса Войтека. Три серворуки того были плотно прижаты к телу, четвертая держала пассивный ауспик, следивший за окружающим пространством.
На этом уровне внутри «Мстительного духа» уже присутствовали внутренние охранные сканеры, и всякий раз, когда Войтек вскидывал ладонь, они останавливались, и Тубал Каин разрабатывал обходной маршрут. Часто таким образом они попадали в места, которые стоило отметить, и указания символов футарка Брора стали еще сложнее.
— Что, если их увидит один из Сынов Хоруса? — поинтересовался Варрен.
— Не увидит, — отозвался Брор. — А если и увидит, то что?
— Ну, они их попросту не сотрут?
Локен уже размышлял о том же самом, но Брор лишь пожал плечами.
— Сотрут, а может и нет. Нет смысла тревожиться на этот счет.
Локен услышал звук, похожий на шлепок ладонью по трубам. Он остановился и опустился на одно колено, вскинув в воздух кулак.
— Что такое? — прошипел Ногай.
— Мне показалось, я что-то слышал.
— Севериан? Есть что-нибудь впереди?
Вокс зачирикал, захлебываясь помехами. По мере их приближения к носу корабля так бывало все чаще. Войтек утверждал, что дело в повышении плотности машинных духов, но Локен не был в этом так уверен, хотя и не мог сказать, что бы это могло быть по его мнению.
— Ты не думаешь, что я бы об этом сказал? — отозвался Севериан.
— Это значит «нет»?
— Да, это «нет». А теперь заткнись и дай мне работать.
Они вышли в передние галереи, двинувшись по одному из служебных туннелей, который шел по всей длине корабля. Следуя за курсографом Каина в направлении носа, Локен осознал, что эту область корабля уже
Или, если точнее, она
Он остановился, чтобы удостовериться, что не ошибся.
Нет, это было одно из таких мест — уединенный забытый уголок в многослойной структуре корабля. Сейчас он был темным, как и тогда, с прикрученных к потолку труб капала солоноватая вода. В маслянистых лужах плавали остатки сгоревших свечей.
