— Если отменит, — ответил Красный Нож.
Рунический жрец остановился, и в голове возник вопрос, который не давал ему покоя с момента, как они отправились в систему Нартаба.
— Задумывался кто-нибудь… если мы полностью выполним отданные нам приказы… Что будет с нами?
— Это очевидно, скальд, — ответил один из Волков, молодой воин по имени Валдин. — Мы умрем. Они убьют нас всех. Думаешь, будет иной исход?
Штиль проигнорировал замечание.
— Он захочет увидеть нас. Ангел. Он задаст те же вопросы, что и командир гвардии.
— Я отвечу Сангвинию то же самое, — сказал ему Красный Нож.
— Ты будешь лгать брату Русса? — спросил псайкер. — В лицо?
Глаза капитана стали жесткими.
— Я не говорил, что это будет почетно. Я сказал, что сделаю. Это приказ Малкадора, по распоряжению Императора и с согласия Великого Волка, — он встал и подошел к Штилю.
— Ты понимаешь, брат? Я знаю, на что согласился. Знаю, что это значит. Если руны упадут неудачно, мы потеряем честь, и все закончится кровопролитием. Но я все равно сделаю это ради Всеотца, — он вздохнул. — Мы наверняка погибнем. Но мы должны сделать то, что нужно. Если этот момент настанет, мы должны быть готовы применить в отношении Сангвиния высшую меру наказания.
Штиль покачал головой.
— Ты приказываешь, я повинуюсь. Но я не могу представить себе, что мы можем попытаться убить… — он запнулся, не в состоянии закончить мысль.
Смысл невысказанного тяжело повис в воздухе. Капитан медленно протянул руку и положил ее на плечо скальда.
— Мы единственные, кто может выполнить этот долг, — сказал Красный Нож, и в его голосе неожиданно послышалась печаль.
— Это ноша Космических Волков, по этой причине нас создали по образу Русса. Мы — сыновья палача, обученные творить немыслимое, сражаться в невозможных битвах. Вот почему мы здесь.
Он огляделся, мрачно всматриваясь в лица своих людей.
— Вот почему наши боевые братья последовали за Великим Волком против Алого Короля, чтобы осудить его за колдовство.
Штиль вдруг понял смысл слов своего командира.
— Лорд-колдун Магнус не подчинился, и мы здесь, чтобы удостовериться, что Сангвиний не поступит также.
— Если сын может не подчиниться отцу… — Красный Нож кивнул, опустив руку. — Вот в чем дело, скальд. И знай также, что мы не единственные. Есть еще ярлы на других кораблях или же в пути, которые собираются взять под наблюдение всех сынов Императора. Чтобы быть наготове. Наблюдать.
Одна мысль о подобном, о настолько глубоком предательстве вызвала тошноту у рунического жреца, но он подавил ощущение.
— Кровавые Ангелы разорвут наши глотки за один только намек на подобную вероятность.
— Верно. Поэтому мы будем хранить молчание и пребывать в готовности.
— А что с Магнусом Красным? — спросил Валдин. — Мы были слишком далеко от Просперо, когда эти приказы дошли до нас. У нас нет известий о том, что случилось после выволочки, устроенной Волчьим Королем колдуну.
— Да, — пробормотал Штиль. — Следует ли нам молчать о злодеяниях Тысячи Сынов?
— Что мы можем сказать? — спросил у него Красный Нож. — Что Сигиллит на Терре скрывает правду? Если она станет общеизвестной, начнется хаос. Нет, Валдин прав. Мы не ведаем в полной мере того, что произошло и почему Просперо навлек гнев Императора.
Он снова кивнул.
— Пока же неповиновение Магнуса будет скрыто от Кровавых Ангелов. Мы будем в боевой готовности и будем ждать, — капитан отвернулся. — И во имя Фенриса я молю судьбу, чтобы нам ничего не пришлось делать.
5
ВИДЕНИЕ
НЕЧТО ПОХОЖЕЕ НА ИМЯ
ОСТАНКИ
Он падал целую вечность.
