Он сидел на троне в центре ярусного помещения из камня. Его тело было обмотано цепями, которые соединялись с оковами на его запястьях и были зафиксированы на креплениях в полу. Стены помещения были чёрными и гладкими, с вкраплениями горного хрусталя, который искрился в свете притушенных газоразрядных сфер. Со стен свисали знамёна, их золотая, чёрная и багряная нить была изорвана дырами от пуль и опалена огнём. Купол потолка наверху был покрыт мозаикой из белых и чёрных плиток, образующих эмблему стиснутого кулака.
Космический десантник, снявший шлем Крия, был одет в жёлтую броню с крестообразным символом на плече, исполненным чёрным по белому. Была в нём какая-то застылость, которая напомнила Крию о мемориальных скульптурах, что стояли на страже могил почитаемых людей.
"Имперские Кулаки, — подумал он. — Преторианцы Терры. Ну конечно".
Имперский Кулак отшагнул назад, и Крий увидел второго, который стоял ещё дальше и молча наблюдал за происходящим. Его броня была закутана в белый табард с чёрным перекрестом, рука покоилась на навершии зачехлённого меча. Крий посмотрел в суровые, холодные глаза цвета сапфира недрогнувшим взглядом.
— Его броня, милорд? — произнёс Имперский Кулак, стоящий над ним. — Мне следует её активировать?
"Борей", — подумал Крий. Так его назвал другой голос.
— Я бы не стал, — сказал он и посмотрел вверх. Борей встретился с ним взглядом, на его лбу начинали формироваться зародыши хмурых морщин. — И если бы я был тобой, я бы также не снимал эти цепи.
— Что?
— Потому что если ты это сделаешь, — продолжил Крий спокойным тоном, — то я убью вас обоих.
Борей бросил взгляд на своего безмолвного товарища, затем обратно на Крия. — Ты…
— Да, я знаю, кто он такой, — прорычал Крий.
— Я не желаю верить в то, что ты предатель, Железная Рука, — сказал второй Имперский Кулак.
— Предательство… — Крий медленно произнёс это слово. — Скажи мне, если бы тебя погребли под горой, заточили бы рядом с теми, в чьих жилах течёт кровь настоящих предателей, — какие мысли ты лелеял бы во тьме? Чего бы ты пожелал тем, кто тебя туда заключил? — фокусировочные кольца его глаз дёрнулись. — Если бы Сигизмунд, Первый Капитан Имперских Кулаков, сидел бы здесь на моём месте — о чем бы думал
Глаза Сигизмунда сузились.
— Я бы размышлял о том, каким образом мог бы лучше всего послужить Империуму.
— Правда? — усмехнулся Крий.
Сигизмунд продолжил, словно он этого не слышал:
— Теперь, когда мы вышли за пределы Солнечной Системы, лорд Дорн поручил мне передать тебе его приказы.
Крий медленно покачал головой, не отводя взгляда от глаз Сигизмунда:
— Мой меч следует приказам
Борей рванулся вперёд, его каменные черты были изломаны гневом. Его рука уже была собрана в кулак. — Ты смеешь…
"Быстрый, — отметил Крий. — Очень быстрый".
Но Сигизмунд двинулся ещё стремительнее и положил руку на плечо Борея.
— Спокойствие, Борей, — произнёс повелитель храмовников. Борей глянул на своего командира, и что-то передалось от одного к другому в этом взгляде.
Крий открыл рот, чтобы заговорить. Сигизмунд его опередил:
— Феррус Манус мёртв.
Крий услышал слова. Он ощутил, как они обрабатываются его мозгом. Он ощутил, как растекается по нему их смысл. Он ощутил… он не ощутил ничего.
Мгновение растягивалось, и по-прежнему ничего не было. Ни ощущения брони на коже, ни тупой боли в закороченной аугметике, ни пульсации крови в конечностях. Лишь нахлынувшая тишина да чувство падения, словно во вселенной разверзлась дыра и заглотнула его. Он падал, и была лишь пустота — и вверху, и внизу.
"Феррус Манус мёртв". Слова раскатывались в его уме.
Где-то в его воспоминаниях к нему повернулось суровое лицо и неулыбчиво на него посмотрело.
— Как? — услышал он собственные слова.
