присутствовать на мостике и быть готова проложить новый курс через вихри Ока.
Когда «Отец» приблизился к девушке, она повернулась и заметила появление высшего инквизитора. Варповидица посмотрела на него пустым взглядом, не выражающим ничего — ни обвинения, ни прощения. Она познала страх неизвестности и из-за этого теперь выглядела более юной и хрупкой. Гессиан впился в инквизитора горящими, черными, маслянистыми глазами своей демонической сущности, и его красивое лицо исказилось от ненависти, словно морда хищника.
Реликтор Торкуил без доспехов тоже выглядел уязвимым, невзирая на рост и широкие плечи, погребенные под горой больничных покрывал. Забинтованный обрубок руки был примотан к изрезанной и заштопанной груди эбенового цвета. Увидев высшего инквизитора, покрытого ожогами и одетого в грязные от сажи лохмотья, он кивнул с мрачным уважением и что-то прошептал Раймусу Клюту, который сжимал побелевшими пальцами поручень у капитанского трона.
В глазах Клюта отразилось сильнейшее облегчение, но вскоре исчезло.
— Все закончилось?
— Пока что да.
— Добро пожаловать назад, — искренне сказал Клют. — У нас проблема.
— Похоже на то, — согласился Чевак. — Кормовой пикт-экран, — приказал он. Одно из сводчатых окон мостика поплыло волнами статики и показало вид из задней части торгового корабля.
— Нет… — только и смог вымолвить Чевак, увидев изображение. «Малескайт» мчался вперед сквозь поле обломков, преследуемый неуклонно увеличивающейся стаей стремительно приближающихся кораблей. В полуреальности Скорпенто Маэстрале то и дело вспыхивали новые точки перехода, которые непрерывно изрыгали из варпа поток подкреплений, в свою очередь выпускающих свои торпеды и боеголовки.
— Малчанков нашел нас, — объявил Клют, выражая вслух то, о чем подумали все остальные. Все, кроме Чевака.
— Вы, кстати, говорили, что этого не может быть, — вставила Торрес между поправками курса.
— На самом деле я сказал, что это очень маловероятно, — поправил Чевак. — Но это детали. Нас преследует не Малчанков.
— Есть здесь хоть кто-нибудь, кто не хочет, чтоб нас всех сдуло в вакуум? — спросила Торрес, пряча неподдельный страх за сардоническим юмором.
— В Оке Ужаса? — спросил в ответ высший инквизитор. — Нет. Здесь мы практически сами по себе.
— Тогда кто это? — воскликнул Клют.
— Увеличить пикт, — приказал Чевак. Образ мигнул и подробно показал передовой корабль преследователей.
— Ударный крейсер Адептус Астартес «Стелла Инкогнита», Экскоммуникат Трайторис. Фрегат «Рубрициан» типа «Гладиус», Экскоммуникат Трайторис. Вооруженный транспорт «Химера», разыскивается за корабельный бунт и семнадцать пиратских нападений. Боевая баржа Адептус Астартес «Невозможная крепость», Экскоммуникат Трайторис…
— Мы поняли, лейтенант, — остановила его Торрес. Изображение размылось и снова сфокусировалось на символе на ударном крейсере. Зубчатый круг из змеи, пожирающей свой хвост — знак бесконечности и легиона космических десантников-предателей, Тысячи Сынов.
— Это не Малчанков, — повторил Чевак, словно эхо давнишнего разговора с Клютом на мостике. — Это Ариман.
— И его друзья, — добавил Клют, глядя на рой культистских кораблей, которых Тысяча Сынов привела с собой.
— Он не хочет снова потерять меня, — тихо сказал Чевак, пожирая взглядом внушающую ужас стаю многократно превосходящих преследователей.
— Ты думаешь? — спросил Клют.
— Я открыта для предложений, — напомнила Торрес инквизиторам. Маленькие фрагменты разрушенного планетоида налетели на «Малескайт» и поскакали по корпусу, царапая и колотя его.
— Как это вообще возможно? — Клют уставился на растущую флотилию кораблей Хаоса. Чевак кивнул, обдумывая вопрос, который он счел не совсем риторическим. Не знать, как демонический колдун снова поймал его в ловушку — это причиняло боль. Он вспомнил встречу с Ариманом в карьере. Конечно, «Невозможная Крепость» не обязана была находиться на орбите мира Мельмота, и сам Ариман не присутствовал на планете нурглитов. Но Чевак полагал, что для психического «надевания» тела Корбана Ксархоса тому нужно было находиться достаточно близко.
— Я оставил тебя на другой стороне Ока, — пробормотал Чевак про себя. — Как ты мог попасть сюда? Как ты можешь здесь быть?
Расстояние было слишком большим, чтобы так быстро преодолеть его по варпу, особенно по одному из самых искаженных и бурных регионов разлома в реальности.
— Почему здесь? Как ты мог узнать, что я буду здесь? — спросил про себя высший инквизитор. Он снова припомнил угрюмый, ядовитый мир Мельмота во всех деталях. Внутренним оком он вгляделся вверх, сквозь редеющий туман, в ночное небо и увидел в своих воспоминаниях силуэт большого корабля на низкой орбите. «Невозможная крепость»? Потом он вспомнил кое-что еще. После этого пятна, которое могло быть облаком грязных фабричных выбросов, боевой баржой Космического Десанта или сверхтяжелым грузовозом для минералов, он увидел призрачную луну Ауборон, которая была там, но
