Заведение Манга было точно таким же, как его запомнил Кирлок, и, кажется, совершенно не изменилось за последний год: грубые колонны по сторонам отвала тысячелетней давности, загнанные кем-то отчаявшимся или настолько сумасшедшим, чтоб попытаться что-то добыть из низкосортной руды выброшенной вместе с отходами ранее, более расточительными поколениями. Укрепленные деревянными плитами и опорами, слишком ветхими или негодными для использования в шахтах, что было типично для тысяч построек, разбросанных по всему Тамблу. Теперь, с расчищенными обвалами на десяток метров или около того, расширив примерно в половину этого в стороны, было создано прямоугольное пространство, высоты которого едва хватало, чтоб стоять прямо. Большие и маленькие упаковочные ящики играли роль столов и стульев, и несколько прямоугольная металлическая секция, выглядевшая так, как будто была отодрана от желоба для руды, была переделана под грубую барную стойку в конце помещения.
Кирлок закинул за плечо ружье и сдвинул в сторону откидное полотно, которое закрывало вход, на мгновение при этом встретившись глазами с огромным мужчиной, стоящим рядом с входом, с киркой в руках. Мужчина автоматически кивнул, после того как узнал его и несколько напряженно улыбнулся.
— Кажется, они не забыли тебя, — сказала Элира, ступая в проход за ним, игнорируя искренне любопытный взгляд, следивший за ней.
— Не, не забыли, — согласился Кирлок, оглядывая лица которые оценивающе смотрели на новоприбывших.
Некоторые были знакомы, они сразу отворачивались, как только узнавали его, остальные новичками. Ладно, это было ожидаемо, изменение клиентуры в таком месте было быстрым. Кажется, никто не был чрезвычайно рад его видеть, но в тоже время, кажется, никто не был откровенно враждебен. Он постарался вспомнить любые нерешенные вопросы, которые могли у кого-то остаться к нему до его ареста, но ничего не приходило на ум. Рогоносцы, которые сдали его, не посмели бы пойти ночью в Тамбл, да и денег он никому не остался должен. Несколько клиентов пялились на Элиру с плохо скрытым интересом или с подозрением, что было согласно плану. Они намеревались создать впечатление, и они определенно этого добились.
— Пойдем.
Он жестом пригласил ее следовать за собой и пошел к барной стойке.
— Вос, — с оттенком удивления сказал Манг, из относительной безопасности, с другой стороны. — Я слышал, тебя вздернули за уклонение от десятины.
Он выглядел так же, как запомнил его Кирлок, худой и тощий, с длинными коричневыми патлами, и неискренней улыбкой, которая открывала деформированный ряд желтых зубов. Косматая борода закрывала его лицо, пряча татуировку, такую же, как у Кирлока, которая теперь была едва видна за засаленной зарослью волос.
— Ты ошибся, — сказал Кирлок и кисло улыбнулся. — Два пойла.
С металлическим звоном он бросил пару монет на стойку.
— Я оттарабанил десятину в Имперской гвардии. Говори, что хочешь о дворянах, но у них отличное чувство юмора.
— Ага, от некоторых их шуток можно живот надорвать, — согласился Манг, выплескивая что-то из бутылки в разбитый стакан и чашку со сломанной ручкой. — Кто твоя подруга?
— Не знаю, — признался Кирлок. — Она оттуда.
Он жестом указал в ввысь и Манг кивнул, оценивая качество одежды Элиры.
— Зовут Элира. Похоже на начало еще одного отличного анекдота.
— Вос, — Элира потянула его за рукав, разыгрывая взволнованность. — Ему не обязательно знать все, не так ли?
— Обязательно, — ответил Кирлок. — Нужные люди приходят сюда, он может сказать им, что у меня есть дело.
Он подтолкнул к ней кружку.
— Наслаждайся.
И развернулся к Мангу.
— Кантрис до сих пор кажет свой нос в этой дыре?
— Время от времени, — уклончиво ответил Манг. — О чем ты хочешь поговорить с ним?
— Это между нами, — ответил Кирлок и Манг дружелюбно улыбнулся, не ожидая другого ответа.
Элира с подозрением понюхала бледную жидкость в грязной чашке и вздрогнула.
— Что это такое?
— Лучше не спрашивай, — ответил Кирлок, опрокидывая свой одним залпом и удовлетворительно вздохнув. — Он все равно наврет.
— Так точно, — радостно согласился Манг. — Еще?
— Почему нет? — Кирлок бросил на стойку еще одну монету. — У нас есть время.
— Так, — сказал Манг, осматривая его с ног до головы, пока наполнял стакан. — Ты теперь гвардеец.
— Не совсем, — ответил Кирлок усмехаясь. — Я в некотором роде ушел в отставку.
— Понятно. — Манг взглянул на трафаретный серийный номер на рукоятке его цепного топора, затем на аквиллу Гвардии и на ружье, небрежно болтающееся на его плече. — А они уже знают?
