ремарку о том, как делаются вещи во Дворце Люсид на Сцинтилле и смотри как они будут подражать тебе до конца вечера.
— Я имела ввиду о том, что ты сказал насчет того как я выгляжу, — ответила Кейра, неуклюже перенося свой вес с ноги на ногу и Дрейк понял, что ему почему-то необычайно сложно смотреть ей в глаза.
Каждый раз когда он пытался, она двигала головой, хотя он чувствовал уверенность, что она до сих пор отмечает про себя каждый нюанс его выражения лица.
— Это да, — излишне ответил Дрейк. — Адрин будет слепым, если не заметит насколько ты привлекательно, да и любой другой мужчина.
На мгновение ему показалось, что он вызовет у нее еще один приступ гнева, но к его удивлению легкий румянец выступил на ее щеках.
— Я об этом не думала, — ответила она.
— Ну, ты не мужчина, — резонно ответил Дрейк, думая о том, как вернуть разговор к вопросам этого вечера. — Но поверь мне, ты что-то особенное. Я так думаю с первого взгляда, как увидел тебя.
— Приятно, что ты так говоришь, — медленно произнесла Кейра, как будто ей нужно было время что перевести его слова с какого-то загадочного языка ксеносов на простой Готик, — но если у тебя есть какие-то мысли по поводу, ты понимаешь, согрешить со мной, забудь.
Она наконец‑то встретилась с ним взглядом и Дрейк увидел, что холодные глаза ассассинки смотрят прямо в его собственные. Хотя там было что-то еще, какой-то намек на смущение и он опять кивнул.
— Я понимаю. На всякий случай, у меня никогда не было даже малейшего намерения клеится к тебе. Я знаю, это против твоих верований и я уважаю твои убеждения, даже если не разделяю их. — Он пожал плечами. — Кроме того, я вижу, что между тобой и Морехаем и я не настолько глуп, чтоб быть в центре этого.
— О чем ты говоришь? — спросила Кера, в ее голосе опять появилась напряженность вместе со смущением.
— Сейчас некогда это обсуждать, — ответил Дрейк, надеясь свернуть с опасной тропинки, пока не стало поздно. — У нас есть много тем для твоей легенды, до встречи с Адрином.
— Хренов Адрин. Что ты имел ввиду под Мордехаем и мной? — сердито спросила Кейра.
Дрейк вздохнул.
— Я просто имел ввиду, что совершенно очевидно, что ты чувствуешь к нему, и это все. Я знаю, что у меня нет шансов составить конкуренцию, так что я даже не пытаюсь.
К его удивлению девушка тяжело осела на блажайшую софу и засмеялась так сильно, что он начал волноваться, что с ней будет припадок.
— Ты думаешь, я… чувствую… к Мордехаю? — она опять сложилась от смеха, хватая воздух и Дрейк постарался не пялиться в разрез ее платья. — Данулд, это бесценно.
— Что ж, я рад, что позабавил тебя. — Дрейк тоже сел в рядом стоящее кресло, и подождал, пока буря веселья уляжется сама собой. — Теперь продолжим. Обычно виконт выше по иерархической лестнице, чем просто леди, но так как ты с иной планеты правила гостеприимства изменяют местный табель о рангах, если ты конечно не в присутствии члена королевской семьи.
— Так я наверху стаи. Отлично.
Кейра вытерла слезы из глаз, размазав искусный макияж Лилит, и постаралась принять позу вежливого слушателя. Чувствуя, как будто он крутит колесо посреди минного поля, Дрейк решительно кивнул.
— Почти точно, хотя один из родственников Королевы член Конклава. Если он будет там, тебе лучше избегать его, хотя учитывая его репутацию, он определенно постарается провести время с тобой. Ни при каких обстоятельствах не оставайся с ним наедине.
Только этого не хватало, чтоб Кейра убила члена королевской семьи, защищая свою оскорбленную честь.
— Хорошо, поняла. — Кейра тоже кивнула, быстро и по-деловому. — Теперь, что по поводу всех этих разных вилках? В чем смысл?
Тяжело вздохнув, Дрейк начал объяснять различия в столовых приборах, с завистью думая о том, как Векс и Хорст продвигаются в глубинах Фасомсаунда.
Несмотря на его размер, колокол был явно маленький внутри и Хорст понадеялся, что спуск не слишком затянется. Воздух внутри был противным, влажным, с затхлым запахом застарелого пота, отчаянья, грязи и гнили. И холодным, он никак не ожидал, что его дыхание будет видимо испаряться в бледном свете люминаторов, встроенных в купол металлического потолка, в тоже время холодные капельки конденсата падали на него, где бы он не встал, как прерывистый дождь.
Когда кран поднял огромную металлическую конструкцию с дока, она начала дико раскачиваться. Он вместе с Вексом еле удержались на ногах, хотя Фирон делал это непринужденно. Движение успокоилось, как только они опустились в воду, хотя оно просто изменилось до слабого колебания, которое плохо отразилось на его внутреннем ухе и несколько раздражало. Иногда намного более жесткие рывки сотрясали металлический пузырь, вызывая
