— Ничего не входит. Странная… субстанция исходит из нашего мира.
— Уходит? Ты уверена?
— Уверена. Жизнь, которая не совсем жизнь. Творение… Я не могу сказать точно. В ней так мало разумного. Словно её сущность пока ещё пуста. Зародыш… ждущий. Я чувствую, как вся она уходит в эти порталы. Их так много — много небольших порталов. Что происходит?
— Не отправляй послание, Мома! Ни в коем случае не отправляй!
— Не отправлять?
— Обстоятельства изменились. Ме’Линди, здесь с нами где-то муха-шпион…
— Кто вы, инквизитор? — спросила астропат, отходя от транса. — Что происходит?
— Наша гидра ускользает в варп, откуда и пришла, — буркнул Гугол, наполовину отвечая на вопрос старухи. — Больше мы её никогда не увидим, как я полагаю.
— Ты сможешь отследить её варп-зрением, Виталий?
— Я навигатор, а не волшебник. На случай, если ты не заметил, мы в данный момент не в варпе. До зоны прыжка неделя пути.
— Выдающиеся навигаторы могут прозревать варп из нормальной вселенной!
— Да-да-да, Жак. Но гидра не улетает через варп. Она использует порталы, чтобы прыгнуть отсюда прямо… Гримм знает куда.
— Проклятье!
На краткий миг Жак поверил, что добился чего-то, достойного восхищения. Драконовское решение объявить экстерминатус было абсолютно верным, просто образцом решительного мужества и ясности мышления. Карнелиан, шпионя через глаз-экран откуда-то, тотчас начал уводить гидру в варп Хаоса, чтобы спасти её от вымирания. Таким образом, Жак оказался избавлен от последствий вынесенного им приговора. Но теперь у него не было никакой возможности отследить проклятую тварь.
Как быстро действовал Карнелиан! Человек-арлекин наверняка понял, что экстерминатус не прибудет мгновенно. Время для космодесантников, чтобы снарядить и погрузить вирусные бомбы… варп-время против галактического времени… Десять местных дней самое раннее. Было почти похоже, будто Карнелиан надеялся великодушно спасти планету…
— Проклятье, она ускользает…
Старая женщина впала в какой-то полутранс и заговорила созерцательно:
— Если эта… сущность… обладает высшим сознанием, я могу поместить в неё психическую метку — маячок для вас. Правда, только я смогу идти по его следу.
Жак рявкнул:
— Нет у неё сознания! И сейчас она утекает, как помои в раковину!
Громкий вопль ударил по ушам. Ме’Линди загасила электролюмен, а Жак рванул занавес в сторону.
Под сумеречным освещением из-за мраморного ананаса выскочила фигура, облитая светом. Непрошенный гость сам излучал световые — нормальные — волны, словно какой-то ксенос-эльдар, нацепивший голокостюм. Он закрутил пируэт и поклонился.
— Карнелиан! — прошипела Ме’Линди и напряглась.
— Сэр Драко! — крикнула фигура. — Хорошая попытка, но, видно, не достаточно хорошая. Догони и найди! Догони и найди!
Он что, думает, это какая-то детская игра?
— Там никого нет, — предупредила Мома Паршин. — Место, где он говорит, пусто.
Жак понял. Голограмма. Мухи-шпионы, зависшие подле астрального силуэта, должно быть, служили проекторами, сплетая фигуру из нитей света.
Чтобы таким образом обратить вспять принцип работы следящего устройства джокаэро, человек-арлекин должен разбираться в его технологии лучше Жака. Карнелиан наверняка знал особые руны, которые нужно нанести вокруг глаза-экрана, и колдовские литании, которые нужно пропеть, чтобы заставить устройство работать в обе стороны, как и, вероятно, предполагалось изначально…
— Я слушаю! — крикнул Жак. — Я весь внимание!
Неужели Карнелиан наделся, что Жак или Ме’Линди сломя голову бросятся на него или откроют огонь — только, чтобы их лазерные лучи или иглы прошли сквозь фантом безо всякого вреда и попали в случайного свидетеля или в обитель губернатора? Как только до Жака дошло, каким образом Карнелиан осуществил этот фокус, он понял, что ещё не проиграл.
— Мома Паршин, — шепнул он, — поставь свою метку на человека, который посылает эту иллюзию. Его крошечные игрушки здесь рядом связаны с реальным человеком где-то в городе. Прочувствуй эту связь. Поймай его на крючок.
