На карту «Злонамеренного арлекина» Джак едва взглянул. В огонь ее, превратить в пепел, разложить на атомы! Безжалостно и быстро!
За «Арлекином» в трубу полетели остальные карты. «Демон» из масти раздора. Джак заколебался, потому что карта мерцала.
— Что ты видишь, босс? — спросил Гримм, также заметивший слабое свечение.
Очень давно эта карта имела сходство с «гидрой» — комком слизистых щупалец. Теперь на ней красовался Демон, простой Демон, если когда-либо они были простыми. Оскаленные клыки, растопыренные когти. И мерцание.
Внезапно изображение изменилось. Лицо сморщилось, лапы затряслись. Голова чудовища свесилась на грудь, выставив вперед рога.
Инстинктивно Джак почувствовал наползающую угрозу. Он по-прежнему держал карту в руках.
— Отделайся от нее! — взвизгнул Гримм.
О, так значит, Демон способен двигаться!
Фигура на карте изогнулась в насмешливой позе, приоткрыв тонкие, выдающие жестокость губы.
Лекс замер от неожиданности — ему показалось, что он узнал карту.
— Ради Дорна, уничтожь ее!
Джак впервые увидел мерзкое Божество, изучая «Кодекс» в закрытой демонологической библиотеке Ордо Маллеуса.
Тзинч, Изменяющий Пути, лицемерный Архитектор Судеб. Джак вспомнил время, когда рассматривал картинку в древнем манускрипте на Земле. Это наполнило его душу ностальгией, но одновременно и суеверным страхом.
Тзинч олицетворял собой анархию, изменял естественный ход событий. Может быть, это ради Перемен Джак должен постоянно рисковать? Что ж, это лучше, чем разврат и похоть Слаанеша.
Нужно найти в Паутине то место, где время и история поворачиваются вспять! Место, где оживет Мелинда!
Лекс застыл, словно парализованный тем, что увидел. Силы оставили его. Гримм что-то невнятно бормотал об опасности вызвать демона.
Ведь они движутся в ворп-пространстве…
Растерянность соратников рассердила Тайного Инквизитора.
— Я уже вызвал ауру защиты, — раздраженно бросил он. — Я ведь не такой слабак, как вы.
Он уставился на карту.
Подходит ли для первого этапа трансформации на пути к просвещению один из Высших Демонов Тзинча, какой-нибудь коварный Князь Перемен? Не в этом ли смысл? Сохранит ли Джак стержень своей души свободным… от искушения.
Но карта могла быть и лакмусовой бумажкой, указывающей на наличие опасности, подстерегающей Драко. Разум восторжествовал.
Гримм прав. Если и дальше разглядывать карты Таро, то вместо гипотетического ужаса корабль охватит настоящий.
Страх уже просачивается сквозь обшивку, выискивает лазейки.
Зловещие лучи пронзят «Коммивояжер» насквозь. Так написано в «Кодексе Астартов».
Уничтожить карту!
Но к кому тогда взывать о помощи? Император, главная карта колоды сожжена. Может, обратиться к Даме Смерти?
Лекс издал сдавленный хрип. Он медленно, словно разрывая цепи, приковавшие его к месту, двинулся к Джаку.
— Внимайте! — воскликнул Драко. — Я ваш Инквизитор!
Д'Аркебуз остановился, облегченно вздохнув от того, что дальше идти не нужно.
— Если я хочу воспользоваться «Книгой Рана Дандра», я обязан соприкоснуться с оккультными силами. Моей психической силы хватит, чтобы выдержать это испытанна Карта предупреждает об опасности, как сигнал на радаре. — Джак осторожно вернул карту в шкатулку из кожи мутанта, которая недавно хранила полную колоду. — Так будет лучше.
Карты исчезли навсегда.
Непосвященный капитан Космических Десантников, такой, как Лекс, мог позволить себе слабость цри встрече с Хаосом. Он не был Библиарием, специалистом по психическим и парапсихическим силам. Вид Тзинча, кратковременный контакт с искаженной реальностью опустошили д'Аркебуза, как забытый кошмар, вспыхнувший вновь. Обломанными ногтями он впился в левую руку, будто хотел содрать плоть и обнажить кость.
Лекс пытался освободиться от наваждения.
Джак слышал, как гигант тихо шептал:
— О, свет моей жизни, великий Дорн…
Закончив молитву, д'Аркебуз хладнокровно взглянул на Тайного Инквизитора. Внутренняя рана почти затянулась. Упоминать о ней всуе было излишне.
— Твои знания ведут нас, — обратился он к Драко.
— Я буду осторожен и благоразумен, — поклялся Джак.
Да, иначе можно остаться без друзей.
