— Так, между прочим.
— Вы слышали все эти детские сказки. Артефакты времен Войны Освобождения, чуть ли не яйца самого Императора или типа того. Так или иначе, у меня есть кое-что ценное.
— У вас есть Старые Короли?! — воскликнула Мадлен, не в силах больше притворяться.
Голиас фыркнул, плавая в бассейне на спине.
— Это вряд ли. Но у меня есть артефакт, который может многое открыть о природе Старых Королей, вполне вероятно, он одного с ними происхождения.
Селемина решила надавить на него.
— Господин Голиас, Империум может многое выиграть от этого, особенно сейчас, во время войны. Вправе ли вы скрывать его?
— А вы что, из Инквизиции? — хихикнул Голиас. — Именно поэтому они так хотят купить его, что один частный коллекционер из суб-сектора Алипсия предлагал мне за него земельные владения размером с половину континента.
Голиас подплыл к краю бассейна и слизал воду с губ с хищной ухмылкой.
— Если у тебя есть то, что нужно Империуму, ты обладаешь властью.
— Это измена, — решительно сказала Селемина.
— Кто эта сучка и что она делает в моем доме? — прорычал Голиас, указывая на Селемину. Его поведение быстро менялось под влиянием алкоголя и оставшихся в крови наркотиков.
— Пожалуйста, господин Голиас, — вмешалась Мадлен. — Она не хотела оскорбить вас.
Голиас раздраженно посмотрел на Селемину, его зрачки расширились, ноздри заострились.
— Мы можем дать более высокую цену. Леди Селемина имела в виду лишь, почему вы продаете столь ценную вещь так поспешно?
Казалось, это успокоило Голиаса. Секунду его настроение колебалось, прежде чем черты его лица смягчились.
— Потому что я люблю роскошную жизнь. Холпеш не будет существовать вечно, а у меня есть кое-что, что Империум может счесть очень ценным.
Голиас вылез из бассейна и отряхнул свою мокрую гриву.
— Лучше я возьму сейчас то, что могу, и буду жить, чем умру, дожидаясь, пока предложат более высокую цену.
Обнаженный Голиас подошел к ним, раздвигая восковые листья. Он повел их через сад, шурша листьями и зарослями папоротников, пока не привел к нише в атриуме, до того ими не замеченной. За окном, на посадочной площадке, расположенной на крыше виллы, был заметен загнутый нос военного флаера.
— Вот почему я хочу распродать свои ценности, — гордо объявил Голиас. Он вывел их наружу, на посадочную площадку, так высоко, что они могли видеть вспышки от разрывов снарядов на горизонте.
На площадке, как орел в гнезде, со сложенными крыльями, словно когтями, вцепляясь в землю стойками шасси, стоял грузовой флаер типа «Голем». Тридцать метров в длину, с турбинами, расположенными в носовой части, и круглым фюзеляжем, он выглядел сугубо утилитарно, как только может выглядеть машина службы тыла. «Голем» был транспортом снабжения, перевозившим грузы между крейсерами флота, и был вполне способен к космическим полетам не небольшие расстояния. Мадлен была весьма удивлена, что Голиас сумел добыть себе такой флаер.
— Полагаю, лучше не спрашивать, как вы его заполучили? — сказала Мадлен.
— Вы не поверите, что мне пришлось делать, чтобы заполучить его со складов губернатора, — Голиас рассмеялся, похлопав по дюзам двигателей на крыле «Голема». Там, где были руки Голиаса, Мадлен могла различить остатки счищенного серийного номера Муниторума.
Мадлен и Селемина обошли флаер, дотрагиваясь до фюзеляжа и притворяясь, что они восхищены. Надо признать, у Голиаса была смелость. С начала военной кампании в Мирах Медины имперские власти запретили частным лицами использовать флаеры военного образца. Баржи, эвакуировавшие с планеты беженцев, были немногочисленны, и то большинство мест на них было предназначено для представителей имперских властей и старших военных чинов. У большинства людей на Холпеше просто не было никаких средств спастись.
— Как видите, я хорошо подготовлен к тому моменту, когда пустотные щиты падут. Меня ожидает торговый фрегат, который доставит меня за пределы Звезд Бастиона. Что вы намерены делать с артефактом, когда я улечу, меня не интересует. Многие из моих предполагаемых покупателей, вероятно, хотят продать его за большую цену имперским властям.
— Если вы можете получить хорошую цену с Империума, почему вы продаете артефакт частным лицам, зная, что они перепродадут его? — осторожно спросила Мадлен.
— Потому что я не желаю иметь дел с Империумом. Никаких. Вы можете делать что хотите. Я к тому времени буду уже в нескольких суб-секторах отсюда, — усмехнулся Голиас.
— Мы можем увидеть артефакт? — спросила Селемина.
Голиас недоверчиво посмотрел на нее и расхохотался.
