Её экзоскелет тихо заскулил, когда она направилась к другой кушетке, а затем зашипела гидравлика, помогая ей сесть. Тереза сделала ещё одну глубокую затяжку.
— Прости, — сказала астропат. — Может, ты тоже хочешь штучку?
Я покачал головой.
— Я служила Астропатикусу всю свою жизнь — и пребывая на службе в гильдии, и сейчас, в качестве внештатного сотрудника. Когда твоя баба заявилась ко мне с реальными деньгами и предложением работы, я согласилась. Но, ох…
— Предполагается, что астропаты сохраняют нейтралитет, — возразил я.
— Вообще-то, считается, что астропаты служат Императору, еретик, — произнесла Тереза.
— Что ты видела в моем сознании? — снова спросил я.
— Слишком много, слишком много. — Унгиш выпустила внушительное кольцо дыма.
— Расскажи мне.
Она покачала головой или по крайней мере мне показалось, что сопровождаемое шипением движение держателя её головы должно было передавать этот жест.
— Думаю, мне стоит быть благодарной. Вы спасли меня от смерти и взяли с собой в это… приключение.
— Мне не нужна твоя благодарность. — Я начал терять терпение.
— Умереть и быть похороненной на Энима Гульфвард через полгода… или скончаться в мучениях, прислуживая тебе, — повторила она.
— Все будет совсем не так.
— О, так и будет. Я видела это. Все это ясно как день. — Тереза выпустила ещё одно кольцо дыма.
— Ты видела?
— Много раз. Из-за тебя, еретик, я и погибну.
Унгиш оказалась упрямой и пессимистичной. Я знал, что она видела вещи, о которых не станет рассказывать. В конечном счёте я даже перестал её расспрашивать. Мы встречались раз в несколько дней, и она делала психометрические снимки из моего сознания. Кадианские пилоны. Черубаэль. Профанити и её вериги.
К тому времени, как мы достигли Синшары, у меня уже имелась пачка психометрических изображений и благодаря искалеченной астропатке мрачные предчувствия.
Синшара. Богатый рудой кусок камня на орбите блуждающей звезды.
Истерзанная гравитационными бурями солнечная система Синшары обречена вечно скитаться по краю Мутных Звёзд на границе пространства Империума. Десять тысяч лет назад она была соседкой 3458-Дорнал, имела девять спутников и астероидный пояс. Когда мы наконец обнаружили её, она проплывала через систему Паймбайл и перенесла два серьёзных космических столкновения. Теперь у неё оставалось шесть спутников и несколько широко расходящихся астероидных поясов. Блуждающая звезда сошлась в пьяном танце с Паймбайл Минор — кокетливое столкновение гравитационных полей, на разрешение которого уйдёт ещё миллион лет.
Сама же Синшара или, правильнее, четвёртая планета блуждающей системы Синшара Х181В представляла собой глыбу из синего камня, описывающую восьмёрку вокруг двух грозящих столкнуться звёзд, следуя капризам их пересекающихся гравитационных полей.
С самого обнаружения эта планета, богатая крайне редкими минералами, включая анцилит и форидий, стала шахтёрским раем.
— Никаких дозорных судов. Практически нет путеводных буев, — произнёс Максилла, направляя «Иссин» к системе. — Вижу действующую обитаемую точку. Готов поспорить, что это колония шахтёров.
— Выходи на орбиту, — сказал я ему. — Медея, готовь катер к посадке. Эмос, ты отправляешься со мной.
— Ого! — прошептала Медея, покрепче сжимая биодатчики штурвала инкрустированными «серебром» руками.
Судно содрогнулось от очередного мощного удара.
— Тут повсюду гравитационные потоки. Я постоянно натыкаюсь на вихри.
— Неудивительно, — пробормотал Эмос, устраиваясь в лётном кресле и застёгивая ремни безопасности. — Эта блуждающая звезда и её планетное стадо превратили всю систему в зону бедствия.
— Хм… — откликнулась Медея, не проявляя никакого беспокойства и бросая катер в сторону, чтобы увернуться от чёрного астероида, оказавшегося на нашем пути.
Поблизости от Синшары начиналось поле, в котором постоянно сталкивались каменные обломки и пласты шлака, дрейфующие по сложным и экзотичным орбитам. Части этого поля образовывали тонкие кольца вокруг Синшары, но далее они имели странные очертания, искривлённые
