не в том времени, в котором заходили в него.
Это оглушает меня, приводит в благоговение и абсолютное смущение. Я вижу, как Бэллак, открыв рот, смотрит куда-то вдаль; как Карл склоняется, чтобы коснуться пальцами горячей сухой пыли; как Ангарад прищуривается и медленно тянет картайский меч из ножен. И только смотритель Дома, сжимающий в руках свой ужасный ключ, кажется невозмутимым. Жаркий ветер колышет темный балахон нашего проводника.
— Все в порядке? — спрашиваю я.
Мы стоим в зное и пыли среди красных песчаных дюн, окруженных зловещим кольцом острых черных вулканических глыб. Сильный пустынный ветер бросает в нас пылью, и я слышу, как мелкие камешки постукивают по корпусу моего кресла. Небо кажется затянутым красной дымкой и перекрученными облаками, сквозь которые едва пробивается слабый свет умирающей кроваво-красной звезды, похожей на пулевое отверстие.
Я понятия не имею, где мы очутились.
Постепенно поворачиваясь вокруг своей оси, я снимаю на пикт каждый миллиметр окружающей нас земли, сохраняя снимки во внутренних банках данных. При помощи систем кресла я собираю образцы пыли, реголита и воздуха, изучая их при помощи ауспекса. Эти земли мертвы. Жара непереносима, и камни вокруг нас горячи, точно в аду.
Все реально. Мы не во сне, иллюзии или трансе ауто-сеанса. Все взаправду, и у меня остается только один выбор: смириться с этим или сойти с ума.
Дверь находится у меня за спиной, она выглядит дико посреди этого
— Господин… — произносит он, глядя на меня.
Бэллак редко называет меня так. Должно быть, он очень сильно напуган.
Я сам приближаюсь к двери, взбивая пыль лопастями своего кресла, и объезжаю ее с другой стороны. Она столь же целостна и реальна, как и окружающий нас новый мир. Одна из сторон плотно захлопнутой двери подставлена жгучему чуждому солнцу, а другая находится в тени. И сама дверь отбрасывает длинную, продолговатую тень в красной пыли.
— О Трон! — проскулил Карл.
— Мне бы хотелось знать, где… — произносит Ангарад, сжимая меч в ладонях. — И как именно… Короче, где мы?..
— Я хочу знать, где мы! — рычит Ангарад, глядя на смотрителя.
Направляя в мечницу волну уверенности, я заставляю ее остановиться раньше, чем она схватит проводника за горло.
— Это то самое место? — спрашиваю я. — То место, где я получу свой ответ?
— Что ж, учитывая, что Молоха я нигде не вижу, то думаю — нет, — простонал Карл.
— Все не так просто, — говорю ему я. — Я прав, смотритель?
— Вы сделали только первый шаг, — все тем же бесполым голосом отвечает проводник. — Только первый шаг. Ваш вопрос оказался довольно сложным. Предполагаю, что дверь потребуется открыть еще несколько раз.
— Тогда почему мы еще здесь? — требовательным тоном вопрошает Карл.
— Дом пожелал показать вам это место. Причины мне неизвестны, — отвечает смотритель. — Нам не объясняют подобных вещей. Это не наша функция.
— И что дальше? — спросил Бэллак.
Из всех моих спутников он легче всех справился с потрясением.
— Надо подождать, — отвечает наш закутанный с головы до ног гид.
— Я не хочу ждать, — тут же отзывается Ангарад. — Не хочу оставаться здесь. Что-то приближается.
— Ничего не чувствую, — отвечаю я после проверки.
— А я ничего не вижу, — добавляет Бэллак.
— Что-то приближается, — продолжает настаивать Ангарад, — что-то плохое. Эвисорекс чувствует его.
Длинная сабля дергается. Чтобы удержать оружие, картайке приходится сжимать его обеими руками.
— За тем хребтом, — произносит мечница.
Я окидываю взглядом горный хребет, на который она указала: длинная и невысокая черная базальтовая полоса, гнилыми зубами выступающая из дюн. Я ничего такого не ощущаю, но, кажется, позади каменных обнажений собирается облако пыли.
— Ради Трона! — бросает Карл. — Я хочу убраться отсюда подальше! Мы можем уйти? Пожалуйста!
— Успокойся и…
