Следователь дико вытаращился на лису, не в силах произнести ни слова. Другая грустно улыбнулась и кивнула: вот, мол, как-то так оно все, приятель.
Пару минут в камере стояла полная тишина. Затем Фигаро тяжело поднялся с пола, отряхнул брюки и спросил:
– Что это было?
– Горы Син. Это недалеко от Великой Стены, немного южнее провинции Син-О. Время – прошлое лето.
– Я не о том… А, кстати: это была иллюзия?
– Иллюзия? – она явно удивилась. – Нет, конечно. Посмотрите, у Вас на ботинках еще осталась трава.
– Что?.. Ах, да, точно. Но ты же сама сказала, что это было прошлое лето.
– Все было по-настоящему, Фигаро, – лиса усмехнулась. Просто Вы спросили, кто я такая. Я показала Вам. Так я живу. Так я чувствую и воспринимаю этот мир. И все его места и времена – со мной. Тысяча тысяч слов не скажут Вам столько, сколько сказали эти две минуты… Вам нехорошо?
– Я… Нет. – Фигаро рассеяно дернул себя за пуговицу плаща. – Мне просто надо побыть одному. Прийти в себя.
– О! Вам не понравилось?
– Понравилось. Слишком понравилось. В этом-то и проблема.
Время: 09.10. (Закат в 17. 03)
Рассвело.
Фигаро трясущимися руками пошарил по карманам, но, как назло, не нашел даже огрызка сигары. Пришлось довольствоваться сигаретой, выклянченной у какого-то младшего презиратора, отирающегося у черной лестницы.
Похоже, Логос не шутил насчет возможности применения «Пожара». Во дворе Инквизитория к этому времени находилось уже около десятка агентов ОСП, разворачивающих сложнейшее колдовское оборудование, назначения которого Фигаро не знал, и знать не хотел. Кто-то поставил над зданием купол климат-контроля, но, похоже, перемудрил с настройками и теперь во дворе было жарко, как в бане.
Следователь снял плащ, расстегнул пиджак и уже серьезно задумывался насчет того чтобы раздеться до трусов, когда к нему подошел Логос. Презиратор выглядел усталым, но довольным: он подмигнул Фигаро и протянул ему большой бумажный сверток.
– Вот, держите. Это не подарок, не думайте – с Вас два империала.
– Ого! А это что вообще?
– Табак, Фигаро. Прекрасный индийский табак, только что из Дели. Там есть хорошая лавка, я там постоянно отовариваюсь.
– Послушайте, я даже не знаю, как Вас и благодарить! – следователь потянулся за кошельком. – А какой запах!.. Кстати, а что Вы делали в Индии?
– Если бы только в Индии… За прошедший час меня дважды «блицали» за Великую Стену, один раз в Дели и дважды – в столицу. Это с учетом того, что я ненавижу этот способ перемещения и всячески отмазываюсь от него, буде таковая возможность есть… Но что с Вами случилось? Вы выглядите так, будто Вас переехал паровоз.
Фигаро вкратце рассказал о своей беседе с Па-Фу, стараясь не вдаваться в подробности пережитого в горах Син. Он все еще не мог понять, было ли это галлюцинацией или чем-то иным. После того, что заставила его пережить Другая, окружающая реальность казалась бездарной картинкой, намалеванной пьяным живописцем-самоучкой. Это пугало следователя и заставляло задумываться о вещах, совершенно не относящихся к делу. А дело не ждало – часики тикали.
Логос с огромным вниманием выслушал рассказ следователя, почти не задавая вопросов и, кажется, даже не моргая. Когда Фигаро закончил, презиратор восхищенно щелкнул языком и воскликнул:
– Невероятно. То есть, я слышал о возможностях этих существ, но одно дело читать об этом в книгах и слушать рассказы очевидцев и совсем другое – самому пережить такое… Вы были правы, Фигаро: камера ее не удержит. Пространство и время для Па-Фу – частность. А для этой конкретной лисы – просто пыль под ногами.
– Вы выяснили, что натворил Рич?
– Да. – Презиратор помрачнел. – Похоже, мы имеем дело с Па-Фу совершенно беспрецедентной силы. И я не знаю даже, поможет ли «Пожар». Для этого заклинания нужно время. Что если лиса почувствует его и просто прыгнет на пару минут в будущее?
– Тогда Ричу хана. Но что, все-таки, он сделал?
– Вот, – презиратор протянул Фигаро тонкую голубую папку. – Здесь все, что мне удалось накопать. Я бы с удовольствием побеседовал с Вами лично, но мне пора бежать. Попытаюсь через Их Величеств выбить себе время у Большого Обсерватора.
– Но это же…
– Я знаю, Фигаро. Последний раз Обсерватор использовали лет тридцать назад. Это запрещено. Но теперь это дело государственной важности. Другая такой силы может, не особо напрягаясь, обрушить Луну на Землю. К делу подключились МИД и внешняя разведка. Мы уже готовим блиц-коридор для
