Покраснев, он пробормотал:
— Ты права. Я иду.
Он взял шляпу, потом, уходя, прибавил:
— Я постараюсь покончить с племянником на пятидесяти тысячах франков. Хорошо?
Она ответила высокомерно:
— Нет. Дай ему сто тысяч франков, как он просит. Возьми их из моей доли, если хочешь.
Пристыженный, он прошептал:
— Нет, мы разделим пополам. Если мы дадим по пятидесяти тысяч каждый, у нас еще останется ровно миллион.
Потом прибавил:
— До скорого свиданья, моя маленькая Мад.
И он отправился к нотариусу, которому сообщил комбинацию, придуманную, по его словам, женой.
На другой день они составили дарственную запись на пятьсот тысяч франков, которые Мадлена Дю Руа передавала своему мужу.
Когда они вышли из конторы, была прекрасная погода, и Жорж предложил жене пройтись по бульвару. Он был любезен, заботлив, внимателен, нежен. Он смеялся и был в превосходном настроении; она же шла задумчивая и немного суровая.
Был довольно холодный осенний день. Прохожие шли быстро, словно торопясь куда-то. Дю Руа подвел жену к магазину, в котором он так часто любовался соблазнявшим его хронометром.
— Я куплю тебе какую-нибудь вещицу, — сказал он.
Она ответила безучастно:
— Как хочешь.
Они вошли в магазин. Он спросил:
— Что ты хочешь, ожерелье, — браслет или серьги?
Вид золотых вещей и драгоценных камней рассеял ее напускную холодность, и она начала рассматривать витрины, полные драгоценностей, загоревшимися и любопытными глазами.
— Вот красивый браслет, — сказала она, внезапно охваченная желанием приобрести эту вещь.
Это была причудливой формы цепь, каждое кольцо которой было украшено каким-нибудь драгоценным камнем.
Жорж спросил:
— Сколько стоит этот браслет?
Ювелир ответил:
— Три тысячи франков.
— Уступите за две тысячи пятьсот, и я возьму его.
Подумав, тот сказал:
— Нет, это невозможно.
Дю Руа предложил:
— Вот что, я возьму еще этот хронометр за полторы тысячи франков, — всего будет четыре тысячи. Я уплачу их наличными. Согласны? Если нет, я пойду в другой магазин.
После некоторого колебания ювелир согласился:
— Пусть будет по-вашему.
Журналист дал свой адрес и сказал:
— Прикажите вырезать на хронометре мои инициалы: Ж. Р. К., а сверху баронскую корону.
Мадлена, удивленная, улыбнулась. И, выходя из магазина, она взяла его под руку не без некоторой нежности. Она признавала, что, право, он ловкий и сильный человек. Теперь, когда у него есть деньги, ему нужен титул. Это вполне правильно.
Продавец поклонился им:
— Можете на меня положиться, господин барон, в четверг все будет готово.
Они проходили мимо театра «Водевиль». Там давали новую пьесу.
— Хочешь, пойдем сегодня вечером в театр, — сказал он. — Попытаемся достать ложу.
Они нашли ложу и взяли ее. Он предложил:
— Не пообедать ли нам в ресторане?
— Отлично, с удовольствием.
Он был счастлив, чувствовал себя неограниченным властелином и старался еще что-нибудь придумать.
