- Но для этого надо платить деньги, – возмущённо произнёс Смит.
- Захария, паб за спиной, можешь вернуться и заниматься бесплатно с Наследником или же самостоятельно.
- Ой, – возмущённо произнёс Смит, – да делайте что хотите. Я никому платить не собираюсь.
Захария с обиженным видом вернулся в кабак Кабанья голова.
- Дурак, – прокомментировала Аббот, проводив взглядом скрывшегося внутри заведения Смита.
- Думаю, что нанять шестикурсника – очень здравая идея, – заметил Эрни. – Надеюсь, это не будет очень дорого.
- Пойдёмте в нормальное заведение, а то после этого кабака хочется как следует отмыться, – произнёс Джастин.
- В «Три метлы»? – спросил Эрни.
- Лучше в «Чайный пакетик Розы Ли», – предложила Ханна.
Парни настояли на кафе «Три метлы», которое было забито почти полностью, но нам удалось расположиться за одним из столиков.
К нам подошла сама мадам Розмерта, хозяйка заведения, полнотелая розовощёкая интересная женщина старше сорока лет, но до сих пор выглядит вполне привлекательно. Она ходила по залу на каблуках и была одета в шерстяное платье зелёного цвета с глубоким декольте, в котором, к сожалению, было не на что посмотреть, поскольку Розмерта не могла похвастать большой грудью.
- Здравствуйте, детки, – произнесла хозяйка заведения. – Что будете заказывать?
Я перешёл на шутливый тон:
- Трое бутылка э водка, а вэ плезир!
- Извините, юноша, но водки несовершеннолетним я не подаю, – спокойно ответила дама.
- А безалкогольная водка у вас есть?
- Есть медовуха собственного производства, а об упомянутом напитке я такого сказать не могу, – ответила Розмерта.
- Печально. В таком случае большую тарелку колбасной нарезки и такую же тарелку с сырной нарезкой, если есть, положите солёного сыра. Ещё порцию жареных колбасок и три бутылки сливочного пива. Ну и кружечку медовухи принесите на пробу.
Медовуха оказалась выше всяких похвал. Допив её, я почистил заклинанием кружку и налил в неё из фляжки Гиннесса, который оказался на удивление замечательного качества. В кои-то веки удалось насладиться давно забытым вкусом настоящего пива.
Детвора налетела на колбасу и сыр, уплетая их за обе щеки с жадностью голодной саранчи. Чья-то рука потянулась к моей тарелке с колбасками и закономерно получила шлепок от меня.
- Эй, – раздался возмущённо-насмешливый голос Макмиллана. – Тебе что, жалко колбасок?
- Гарри не делится едой! – нахмурившись, пробурчал я, пододвигая к себе блюдо.
Ребята в ответ на это заулыбались.
- Ну что, кого будем нанимать, и сколько примерно это будет стоить? – спросил Джастин.
- Кого нанять, найдём. Эрни, как старосте, будет легко договориться. Думаю, одно занятие нам обойдётся примерно в пять галеонов. Если пригласить к нам ещё одного надёжного человека, например, Уэйна, то получится по галеону с носа. Полагаю, одного занятия раз в две недели будет достаточно, потом самостоятельные тренировки. Итого за год мы потратим всего пятнадцать-шестнадцать галеонов каждый. Деньги небольшие и у каждого из вас они имеются.
- Может быть ещё кого-то позвать? – спросила Ханна.
- Пять человек – это максимум, больше уже получится толпа, которую никто в здравом уме не возьмётся учить.
- А как же быть с теми, у кого нет денег? – спросил Эрни.
- Это их проблемы. Пусть заработают.
- Как можно заработать в Хогвартсе? – удивлённо спросила Ханна.
- Не-е-е-т! – протяжно воскликнул Джастин. – Ханна, не спрашивай об этом Гарри!
- А что такого? – удивлённо спросила Аббот.
Макмиллан схватился за голову и протяжно застонал.
- Ханночка, ну что ты такое говоришь? В Хогвартсе имеется миллион способов честного отъёма денег у населения. Во-первых, можно выращивать травки и уровень дохода зависит лишь от трудолюбия и жадности волшебника. Можно заработать от полусотни до шести сотен галеонов в год с маленькой теплицы, если не рисковать и не нарываться, а можно и сотню тысяч золотых. Можно делать и продавать что-то, делать за деньги уроки, заниматься репетиторством, варить на продажу зелья. На крайний случай, если руки растут из задницы, а в голову только едят, то можно заняться проституцией...
- Гарри, как можно так сильно любить деньги? – риторически вопросил Эрни.
- Жизнь без денег – это всё равно, что секс в резинке, движение есть, а прогресса нет!
***
На следующий день на щите для объявлений в Большом зале появилось объявление, запрещающее все ученические организации, общества,
