недовольство политикой В. И. Ленина и большинства ЦК РКП(б), по-прежнему доверяли старому большевику из «Окопной правды».
31 января 1921 г. на заседании бюро коммунистической фракции Академии Генерального штаба РККА был переизбран президиум бюро, в очередной состав которого попал герой нашей главы — председатель заседаний. Первоначально было принято решение отправить его же в числе семи членов бюро на съезд коммунистических ячеек высших военно-учебных заведений — причем докладчиком от Академии Генштаба [1063]. На заседание председатель, как видно, явился с опозданием, поскольку в конце он сделал заявление «о снятии его кандидатуры со съезда ВВУЗ», которое было решено «удовлетворить»[1064]. Примечательно, что слушатель Васильев, находясь в составе бюро фракции АГШ РККА, состоял в Комиссии по пересмотру положения о причислении к Генеральному штабу: революция поставила академию с ног на голову, никогда еще вопрос о причислении не решали «моменты».
17 февраля 1921 г. состоялись перевыборы президиума, в результате которых был повышен партийный статус нашего героя: он был избран председателем президиума и представителем коммунистической ячейки академии в комиссии по перерегистрации партии [1065].
3 марта 1921 г., заслушав «внеочередное заявление комиссаров академии», бюро коммунистической фракции АГШ РККА под председательством А. Г. Васильева приняло решение направить «…следующие кандидатуры в распоряжение т. Троцкого: 1. Кангеллари; 2. Трифонов; 3. Дыбенко[1066]; 4. Федько; 5. Розе; 6. Япольский; 7. Гридасов; 8. Васильев А.; 9. Турчан; 10. Драгилев»[1067].
Не позднее 17 марта А. Г. Васильев, наконец, убыл на фронт (в этот день его заменили в комиссии по перерегистрации партии[1068]), однако вскоре вновь вернулся в стены Академии Генштаба РККА. Впрочем, нашего героя ждали новые неприятности по партийной линии. 9 апреля 1921 г. на общем собрании коммунистической фракции Академии Генштаба разразился скандал, 14 апреля члены бюро коммунистической фракции составили текст обращения «К общему собранию фракции Академии Генштаба»[1069], в котором указали о сложении с себя полномочий членов бюро.
15 апреля на общем собрании коммунистической фракции Академии Генштаба РККА был избран новый состав бюро [1070], а 19 апреля состоялось заседание бюро коммунистической фракции, на котором присутствовали: «члены бюро, избранные на общем собрании 15 апр[еля], — Янель, Заславский, Песин, Сухоруков, Смоленцев, Барщевский, Беленький, Островский, Федько, Урицкий С., Касванд и члены старого бюро — Васильев А., Драгилев, Вольпе и Венцов»[1071]. Для начала Вольпе ввел новое выборное партруководство академии в курс дела, а потом ряд вновь избранных отказался от работы в бюро: «Тов. Янель мотивирует тем, что ему предстоит операция в груди, к которой он должен подготовиться, т. Касванд — моральным подавлением вследствие крайнего переутомления и недопустимого отношения фракции к своим выборам; тт. Урицкий С., Барщевский и Федько — тем, что они в ближайшие дни уезжают из Москвы бороться с бандами Антонова; тт. Турчан, Заславский и Островский — крайней перегруженностью работой учебной и в других учреждениях»[1072]. Вследствие самоотводов было решено «перенести» вопрос «на общее собрание фракции, где и произвести довыборы членов бюро взамен выбывающих» [1073]. Президиум бюро коммунистической фракции переизбрали, но финал заседания был предсказуем: «Тов. Васильев А. передает полномочия бюро нов[ого] состава и заявляет, что тт. Васильев, Янель и Вольпе останутся в бюро с правом совещательного голоса сроком на один месяц для создания преемственности в работе бюро»[1074]. Как видим, все в строгом соответствии с решением бюро старого состава от 14 апреля.
При этом уже в протоколе заседания бюро коммунистической фракции академии за 4 июня Васильев вновь числится «председателем» заседания[1075], а 8 июня он был избран на заседании бюро фракции в президиум бюро фракции, а также в состав учетно- распределительной тройки дополнительного курса академии[1076]. Однако 14 июня 1921 г. стали достоянием более широкого круга большевиков академии, чем этого бы хотелось старому партийцу, его похождения во 2-м Доме Советов: в этот день на заседании президиума бюро коммунистической фракции Академии Генерального штаба РККА было рассмотрено «…заявление т. Волкова комиссару Штаба Ильюшину о т. Васильеве А.» Было решено «…последнего с соответствующим материалом направить в судебно-следственную комиссию для дальнейшего разбора дела»[1077]. 16 июня на общем собрании фракции старый большевик высказал товарищам по партии свои мысли по вопросу «О партийной этике». Фракция постановила: «Обращение т. Васильева принять к сведению»[1078].
Видимо, никакого разбора не было: по состоянию на 1 июля Васильев участвовал в деятельности президиума бюро коммунистической фракции Академии Генерального штаба РККА — словно никаких решений «направить» его вместе с материалом «в судебно-следственную комиссию» и не было вовсе. Первым же пунктом собравшиеся постановили «добавить в состав Военно-научного общества четырех товарищей: Васильева, Соколова Конст[антина], Ахова и [Д.] Евсеева»[1079].
В связи с приходом на учебу в Академию Генерального штаба РККА большевиков — героев Гражданской войны серьезно осложнилось положение А. Г. Васильева и его ближайших товарищей: в коммунистическую ячейку пришло немало молодых да ранних партийцев, косо смотревших на старых большевиков и жаждавших занять место под солнцем. Тощие коровы на удивление быстро съели тучных, вышвырнув Васильева сотоварищи из руководства ячейки. 24 июля на заседании общего собрания коммунистической фракции Академии Генерального штаба РККА констатировалось «принципиальное
