Работа внутри академии должна протекать во ВНО, учкоме, клубе и комиссии по улучшению быта слушателей и т. п.
Партийная работа слушателей вне академии должна происходить в рабочих и красноармейских ячейках Московского гарнизона, что даст опыт практического применения имеющихся знаний и сблизит слушателей с рабочей и красноармейской массой (особенно это необходимо для интеллигентского состава).
В прениях по докладу приняли участие:
а). Тов. СУДАКОВ: Ничего существенного не указал, ссылаясь [на применение] коллективной работы во ВНО.
б). Тов. ПОДШИВАЛОВ отметил необходимость обратить должное внимание на полнейшее отсутствие у слушателей свободного времени. По его подсчетам, если принять во внимание учебную сторону, партработу внутри и вне академии, то на все это потребуется не менее 22 часов в сутки, что безусловно нежелательно. В заключении он настаивал, что вполне достаточным будет, если тот или другой слушатель будет активно работать в одном из органов самодеятельности.
в). Тов. СТАНКЕВИЧ и ЛЕПИН высказались за точку зрения УРИЦКОГО, возражая Подшивалову.
г). Тов. ВАСИЛЬЕВ внес пожелание, чтобы новый состав бюро обратил должное внимание на положение краскомов вообще в армии, не ограничиваясь суждением о красных генштабистах, также отметил необходимость расширения и уплотнения работы ВНО, усматривая в нем первый зародыш Красного Генерального штаба.
Было внесено предложение о прекращении прений, которое было принято единогласно.
Заключительное слово было предоставлено т. УРИЦКОМУ, который категорически возражал против точки зрения т. ПОДШИВАЛОВА и считал настоятельно необходимым [вести] самую интенсивную партработу как внутри, так и вне академии.
После заключительного слова т. УРИЦКОГО было внесено два предложения — тт. ПОДШИВАЛОВА и ВАХИТОВА. Предложение первого заключалось лишь развитием последнего параграфа т. ВАХИТОВА.
В результате голосования была принята резолюция т. ВАХИТОВА следующего содержания: «Деятельность бюро фракции за летний период одобрить, признав линию поведения как общетактическую, так и политическую правильной.
Фракция выражает пожелание о привлечении в работу органов самодеятельности слушателей главную массу таковых.
Партийную работу внутри и вне академии поставить таким образом, чтобы это как можно меньше влияло на работу чисто академическую». […]
ЦАОПИМ. Ф. 64. Оп. 2. Д. 389. Л. 129–129 об. Заверенная машинописная копия с автографом С. Левицкой синими чернилами.
Глава 3. «Никому не подчиняющийся…»: из военного ведомства в ВЧК
В конце 1918 — начале 1919 г. решался вопрос о ведомственной подчиненности военной контрразведки. Аралов вспоминал впоследствии: в первый период военного строительства (бывший руководитель Оперативного отдела МВО — Наркомвоена датировал этот период январем — летом 1918 г.) «функции Оперод были обширны и касались многих вопросов военной работы. Эти функции впоследствии отходили к другим, вновь создаваемым военным учреждениям (Особый отдел, Военный трибунал и т. д.)»[1124]. Все в принципе правильно, только вот функции отходили не совсем безболезненно…
Военный отдел ВЧК, фронтовые, флотские и армейские ЧК
Еще 31 марта 1918 г. Коллегия ВЧК признала «необходимым, чтобы борьба со шпионажем и контрразведка проводились под наблюдением ВЧК»[1125], т. е. ВЧК изначально была настроена на подавление возможных конкурентов. 9 апреля Президиум ВЧК постановил взять работу по военной контрразведке в свое ведение. В ВЧК было создано соответствующее отделение[1126].
Летом 1918 г. положение на Восточном фронте, на котором, по выражению Владимира Ленина, «решалась судьба Революции», усугублялось и преступлениями первого начальника фронтового Военного контроля Фраермана, ранее находившегося под следствием в ПВРК по обвинению во
