время сна, да и то лишь в том случае, если он погрузился в сон всеми участками головного мозга.
– Я так понимаю, ты меня узнал, хомо? – скривившись в усмешке, тоненьким голоском пропищал «трехглазый». – Давненько мы с тобой в последний раз встречались. Я уж и не чаял тебя увидеть… Да ты заходи, гостем будешь. Только меч засунь в ножны на всякий случай. А то я знаю, какой ты шустрый. Вон, бедному Ижабу ручонку отсек и глазом не моргнул.
– Откуда ты знаешь, Пуго, что случилось с Ижабом?
Перешагнув через порог, Тимур демонстративно засунул меч в ножны. Еще сутки назад он, возможно, и попробовал бы ерепениться. Но недавнее общение с Люмом научило на всю оставшуюся жизнь, что играть на нервах у «мозгоправов» – себе дороже. Если даже двуглазый Люм шутя скрутил его в бараний рог, то чего можно ожидать от трехглазого Пуго? Шевельнет одним хоботком и в порошок сотрет. А то просто приложит о стену, как Кыса, и потом костей не соберешь.
– Ну как же мне не знать об Ижабе? – Пуго хохотнул. – Я ведь, почитай, с самого начала за тобой следил – с того момента, когда ты в становище полез. Кстати, ловко ты с кровососами расправился, я и глазом моргнуть не успел. Как тебе удалось?
– Сам не знаю, – сказал Тимур. – Так ты следил за моими передвижениями? И что – мысли читал?
– Не столько читал, сколько почитывал, хомо. Я ведь и так неплохо знаю, что в твоих мозгах творится… Да, забавный ты парень. И не дурак, надо заметить. Ловко ты Ижаба расколол, он едва не сознался.
– Так это ты его убил?
– А кто же еще? Влепил ментальным разрядом, и готово.
– Он ведь мне об Алене сообщить хотел.
– Намекаешь? – Шам захихикал. – Да ты спроси прямо, где твоя самка. Я ведь понимаю, что ты из-за нее испереживался весь.
– Вот и спрошу, – пообещал Тимур, машинально опуская ладонь на эфес меча. – Где ты ее запрятал, сволочь?
– Ай-яй-яй, как невежливо. – Пуго неодобрительно покачал головой. – Не забывайся, хомо. А то рука вмиг отсохнет.
Тимур убрал ладонь с эфеса и уже спокойней спросил:
– Так где Алена? Это ты ее запрятал, верно?
– Верно.
– Зачем?
– Чтобы заманить вас в ловушку. Я узнал, что вы заявились искать свою самку. Ну и решил вас поймать на живца, так сказать. – Пуго с пижонством щелкнул тоненькими, как у ребенка, пальчиками. – И вы поймались. Кстати, ты в курсе, что твоего дружка прикончили дампы?
– Какого еще дружка?
– Не придуряйся, хомо. Ты прекрасно понимаешь, о ком я говорю, – о Егоре.
– Я не знал, что его убили, – опустив голову, произнес Тимур.
– Вот как? Теперь знаешь. Он сунулся в подземелье, а там его уже поджидали «мусорщики» – по моей наводке. Ну и прикончили, конечно. Хотя дрался он отчаянно. Вместе со своим этим, как его… – Шам махнул лапкой в сторону дверного проема. – Ага, Кысом. Честно говоря, я не ожидал, что вам удастся выследить Алену. Молодцы.
– Так где она?
– Здесь. – Пуго показал на топчан в углу комнаты.
– Здесь? – переспросил Тимур, непроизвольно делая шаг в сторону топчана. – Я не вижу никого.
– Стоять! – пискнул «трехглазый», слегка надув щеки. – Не надо лишних телодвижений, хомо. А то я сегодня нервный.
– Я всего лишь хотел убедиться…
– Скоро убедишься. На нее сейчас накинуто одеяло.
– Но она жива?
– Не беспокойся. – Шам плотоядно усмехнулся. – Зачем раньше времени убивать жертву? Свежая, теплая кровь из вены живого хомо куда вкуснее, чем из вены умершего. Так что время Алены еще не наступило. Как говорили древние – всему свое время. Есть время рождаться и время умирать. Впрочем, это слишком мудрено для тебя, примитивный хомо.
– Сволочь ты, Пуго, – процедил Тимур. От злости у него сводило челюсти. – Кровосос поганый. Может, я и примитивный, но не пью чужую кровь.
– Ну и зря. Очень полезная штука, бодрит, масса витаминов… Забыл тебя предупредить. Ты тоже нынче умрешь, вместе со своей самкой. Прости, ничего личного. Но так сложились обстоятельства – сегодня у меня намечается грандиозный праздник. А какой праздник без свежей кровушки? – Пуго потер худенькие ладошки. – М-да, под утро стало холодать, не пора ли нам… Кстати, ты зря бубнишь про себя «Руго – помоги». Он тебя не услышит.
– Почему?
– Потому что давно мертв.
– Мертв? – недоверчиво переспросил Тимур. В первое мгновение новость ошарашила его. Но следовало признать – она объясняла многие нестыковки и
