Фриц сел и засунул палец в ухо. — Но я слышал, как мой дядя Джерри разговаривали о Леймоне фон Хайлице. Это было после того, как я переоделся и спустился вниз. Они стояли на крыльце. Я ведь говорил тебе.
— Когда это ты говорил мне?
— Когда ты сказал, что через улицу от тебя живет старик, который был когда-то очень знаменитым. А я сказал, что все знают об этом. Потому что слышал, как мой дядя говорил о нем с Джерри. Дядя Ральф сказал что-то там такое... та-та-та, та-та-та... Леймон фон Хайлиц. А Джерри сказал, что он живет через дорогу от Пасморов.
— Интересно, почему они вдруг вспомнили о нем?
— Я спрошу дядю, — пообещал Фриц.
— Нет, не надо его спрашивать. А что сказал твой дядя после этого?
— Он сказал, что желает мне хорошо провести время. Этим я и собираюсь заняться. — Фриц встал на ноги. — Наверное, ты хочешь чтобы я привез Сару сюда, а потом пошел прогуляться вдоль озера?
— Может быть, ты сможешь позвонить ей сегодня или поговорить с Сарой за ленчем. Скажи, что хочешь прогуляться с ней, пока Бадди и Джерри стреляют. Только обойдите вокруг озера и проберитесь сюда так, чтобы этого не видели родители Сары. Я просто хочу поговорить с ней — я должен поговорить с ней.
Фриц снова толкнул Тома, на этот раз в грудь, и предложил:
— Давай поплаваем еще, а? Не волнуйся, я обо всем позабочусь. В конце концов, раз уж ты влюблен в Сару Спенс, Бадди всегда может жениться на Поузи Таттл. Ему ведь все равно, на ком жениться.
Они плавали до тех пор, пока из ворот усадьбы не вышла мать Фрица и не позвала сына в дом.
45
Когда Фриц, выскочив из воды, побежал в сторону усадьбы, оставляя на досках купальни мокрые следы, Том переоделся в брюки защитного цвета и чистую рубашку и отправился в клуб. Было без пятнадцати двенадцать. Обычно ленч начинался не раньше половины первого, но сегодня Том был очень Голоден — ведь накануне вечером ему пришлось пообедать половиной яблочного пирога, а с утра он вообще не завтракал. К тому же Том очень нервничал, и ему хотелось поесть и выйти из столовой до тех пор, как покажутся Редвинги, гордые собой и тем, как они преодолели препятствия, вставшие на пути помолвки их сына. Они наверняка деликатно намекнут фрицу на то, что учудил мальчик Пасморов, а тот как пить дать не сможет удержаться и будет посылать ему через всю столовую заговорщические взгляды.
— Книжные шрамы, — вслух произнес Том и улыбнулся.
Длинный стол Редвингов стал еще длиннее — ведь теперь их будет на три человека больше. Родителей Фрица наверняка церемонно представят новому приобретению Редвингов.
«О, мы так долго этого ждали!»
«О, я думаю, мы объявим о помолвке официально, когда они будут к этому готовы. Думаю, через год наша юная леди захочет перевестись в Аризону, чтобы приглядывать за своим любимым».
Приглушенные понимающие смешки.
«Как мило с их стороны, что они не заставили нас ждать до конца лета — а ведь вполне могли это сделать».
«О! Саре наверняка понравится ее новая жизнь».
Так что Том не стал обманывать себя относительно того, почему ему захотелось поесть пораньше.
Он сидел один в пустой столовой, размазывая кетчуп по тарелке, рядом с которой лежала нераскрытая новая книга. Двое молодых официантов стояли, привалившись к стойке бара, терраса была залита солнечным светом. Том посмотрел на свои руки, лежавшие на коленях поверх розовой салфетки, и вдруг увидел руки фон Хайлица, затянутые в голубые перчатки. Кинув салфетку на стол, он вышел из столовой.
Вернувшись в дом своего дедушки, Том постоял немного, привалившись к двери. Затем стал перекладывать с места на место бумаги, лежавшие на диване в гостиной.
Вдруг зазвонил телефон.
Том схватил трубку в надежде услышать голос Сары, которой удалось задержаться на несколько минут дома, когда ее родители отправились в клуб.
— Привет, — сказал он, опуская на стол стопку исписанной бумаги.
— Том? — Он не узнал приятный женский голос на другом конце провода. — Это Барбара Дин, — произнес голос. — Я подумала: если Тим
