переступила через какие-то штуковины из черного металла и поролона, назначения которых даже не смогла предположить. Но и спрашивать на всякий случай не стала. Помолчу – за умную сойду.
В ванной на стиральной машине стояло все, что до этого лежало в белом шкафчике с зеркалом. Наполовину использованная мужская вода «после бритья», запах которой моментально заставил меня зажмуриться и промурлыкать что-то неразборчивое. Пена для бритья, механическая бритва, обычная бритва, ножницы, какой-то прибор, отдаленно напоминающий стоматологическое сверло в миниатюре – я таких и не видела никогда. Рядом – скромно, как приживалки – моя зубная щетка и дезодорант. А еще говорят, женщины заполоняют всю ванну. На кухне творился еще больший кавардак: посуда, пакеты, ложки, вилки, бутылки с вином…
– Сколько же ты тут потратил времени и сил?
– Весь вечер, – признался Игорь. – Очень сложно наводить… беспорядок.
– Но зачем? Только для того, чтобы доказать мне, что ты не маньяк? – усмехнулась я. – А что, если я больше всего ценю в тебе то, что ты маньяк? И вообще, я хочу тебе сказать, что у тебя даже бедлам какой-то художественный получился.
– Серьезно? – огорченно пробормотал Малдер. – А я так старался.
– Именно! Нет, настоящие неряхи добиваются результатов непринужденно, работая над беспорядком долгими месяцами, день за днем. А где слои пыли? Почему носки парные? Почему все так чисто? Ты уж извини, но быть растяпой – это талант, почти искусство. А у тебя получился какой-то этюд. Натюрморт с вином.
– Кстати, не выпить ли нам? – предложил Апрель, подняв вверх палец.
– Спонтанный ты мой, – рассмеялась я. – Какое оригинальное и свежее предложение. А штопор где? – Апрель задумался, растерянно оглядывая горы вещей на кухне.
– Не знаю! – в конце концов выпалил он весьма довольным тоном, словно это было бог весть какое достижение. – Представляешь, впервые в жизни я не знаю, что у меня где. И что же теперь делать? Не пить?
– Такого допустить нельзя.
– Не думаю, что могу выдавить пробку пальцем.
– Правда? Тогда отойди-ка, – скомандовала я деловито, а затем прошерстила поверхность острым, опытным взглядом. Нам с сестрой не раз приходилось открывать вино черт знает чем. Да и в институте… в общежитии, где я регулярно бывала по разным поводам…
– Что именно ты ищешь? – поинтересовался Малдер, но я покачала головой.
– Я скажу, когда увижу.
Я отмела несколько потенциально подходящих предметов, продолжая искать. Вскоре нашлись мои персональные принадлежности для ремонта – я-то не то, что некоторые: ни лупу, ни отвертки, ни щипчики никогда не убирала, бросила на кухне, на подоконнике. Там они и валялись, где я их оставила.
– Что ты собираешься делать? – спросил Игорь, глядя на меня, как на фокусника из цирка. Не хватало только кролика и шляпы.
– Понимаешь, дитя, есть три валидных способа, как открыть бутылку вина без штопора, и каждый из них я опробовала, причем не раз. Первый способ – с помощью ботинка, у которого есть нормальный каблук – у меня работает через раз, причем в такой последовательности – один раз я выбиваю пробку слишком сильно и проливаю вино на окружающие предметы, другой раз я разбиваю бутылку, и, опять же, все в вине и битом стекле. В третий раз, удачный, бутылку я открываю нормально, но ботинком отбиваю кусок штукатурки от стены. Так что я этот способ не очень люблю. Только если ничего другого нет.
– А второй способ?
– Второй – это ножом. Или ножницами, на крайний случай. Тут все дело в том, чтобы правильно воткнуть нож в пробку. Если обеспечить достаточное сопротивление материала, то пробку можно вывинтить – главное, ее не раскрошить.
– Подозреваю, тут тоже не все просто. Как я понимаю, в большинстве случаев пробка все же крошится.
– В половине, – кивнула я. – В оставшейся половине я режу себе руки. Не самый лучший результат. Остается третий способ – это когда под рукой есть отвертка и пассатижи.
– Конечно же, это все у тебя есть.
– Да. Теперь, как говорит ведущий какой-нибудь программы «Сделай сам», нам нужно внимательно посмотреть по сторонам и найти что-то, прикрученное винтом. Желательно найти довольно большой винт. Ага, вот. Столик твой как раз винтами и закреплен.
– Будешь вывинчивать?
– А что мне остается. Я не могу иметь с тобой дело на трезвую голову, – рассмеялась я, выворачивая винтик.
– Но у тебя нет пассатижей.
– Ничего, – покачала головой я, вытаскивая длинный винт из стола. – Хорошо, что пробка – материал нежный. Видишь, как легко винт ввинчивается туда? А для того, чтобы вытащить его оттуда, вполне подойдут мои щипцы, – и тут я с ловкостью фокусника извлекла пробку из бутылки. Игорь изумленно
