была выездная, да и с учётом недавней командировки, да ещё и повышения моего оклада, пальцы гнуть не стал. Кто-то там заболел и нужно было срочно починить компьютер. Меня пригласили в офис, кстати, про себя отметил, что здание было мне знакомым - здесь работала Даша. Сердце усиленно застучало. Да ладно, не может быть, чтоб Даша в субботу была тут. Она наверняка в парке катается на роликах. Было обидно. И отказаться я не мог, всё ж с начальством ссориться не выгодно. Пришлось ехать.
Приехал на своей машине, всё ж выходной, машин должно быть меньше обычного, да и на работу по идее никому не нужно. Так что я быстро доехал, правда, было ещё утро. С компьютером пришлось повозиться долго. Он упирался и никак не хотел работать, пришлось копаться в железе и смотреть, не перегревается ли что-то, пропылесосил все внутренности, потом с жёсткими дисками засада была, в общем, провозился я до полпятого. Потом затурканный поехал домой. Есть хотелось, во рту с утра ничего не было. В офисе был холодильник, но он оказался пустым, можно было покопаться в столах сотрудников в поисках чего-то вкусненького, но ничего не найдя я разочаровался. Просто пить в холостую воду не хотелось - теплая вода не вкусная, а сырую пить не буду. Бутыль с водой как назло закончился. Я уже всё проклял.
И вот я вхожу в лифт, там кто-то тоже стоит, но глаза у меня в точку. Потом ещё толпа заходит, выходит... И потом мы застряём. Раздаётся плач. Я огляделся. И увидел ЕЁ. Жизнь приобрела краски. А ещё была девочка, которая плакала, и я постарался её утешить. Как там говорится в психологических книжках: “Разговаривать нужно на уровне ребенка, никаких вопросительных предложений, нужно показать, что понимаешь чувства ребёнка, если что - ребенок сам тебя поправит, если не угадаешь с ситуацией и чувствами.” Я присел и заговорил, а потом и Даша подключилась к разговору, тоже присев. Даша рассказала ей поучительную сказку. Всё ж ОНА замечательная.
Живот напомнил о себе, и девочка могла вновь распереживаться, поэтому я решил выбираться из лифта. Всё ж выходной, похоже у диспетчера тоже выходной. Будь я один или только с Дашей, можно было б воспользоваться телепортацией, хоть энергии было мало, но мы были не одни. Поэтому я воспользовался физической силой. Потом мы выбрались, пришлось поползать по полу, вымазались все. Ну да ладно. У Даши началась истерика, помогли методики, только что опробованные на ребёнке. Истерика сменилась шоком. Я взял инициативу на себя и повёз к себе. Отпоил её чаем, заставил помыться, сам перекусил. Даше предложил, но она отказалась, сказала, что не хочет. А потом мы завалились спать. Я постеснялся предложить спать вместе, всё ж это уже переход на следующую ступень отношений, вряд ли она готова к этому. Но всё вышло не так, как планировалось.
Мы спали вместе, жаль, что интима это не подразумевало. Хотя всё относительно. Пока Даша спала, халатик у неё слез немного вбок, даря ни с чем не сравнимый вид. А что, это моя жена, могу я на неё хотя бы полюбоваться? Потом её сопение во сне сморило и меня. Когда проснулся, уже наступили сумерки. Даша ещё спала. А я лежал и любовался ею. Когда ещё представится такая возможность? Хотел взять её прямо тут. Внутренний голос подбивал на это. Ну что такого заняться любовью с собственной женой. Незаметно стемнело. Я прикоснулся к её груди и она заворочалась. Открыла глаза. Так хотелось поцеловать её и сделать её своей навсегда. Я уже наклонился, чтоб поцеловать, но она встала.
Сказала, что нужно собираться и ехать домой. Куда, к нему? Я подавил чувство ревности. Попросила найти ей одежду, платье я видел в мусорке. Жалко, платье было красивое. Даше укоротили волосы, было жалко, но я как мог поддержал её, в душе думая, что с помощью магии можно вырастить их довольно быстро. Помнится, у Даши за полгода они выросли до такой длины. Так что если она захочет, то будут ей длинные до колен волосы. Потом мы попили чай и я отвёз её к родителям. Проводил взглядом до квартиры, потом поехал домой.
Когда я был уже дома, она позвонила. Я слышал в голосе всхлипы. Сказал ждать и телепортировался к квартире в подъезд. Потом посчитал, что сразу являться нельзя, ведь это бы означало, что я сторожил под дверью. Если она не вспомнила о нас, то не поймёт.
Кстати, только сейчас обратил внимание, ведь она звонила мне, а свой номер как Фимы я не давал. Неужели всё вспомнила? Всё ж подождал минут десять - утомительных десять минут, которые показались вечность - и постучал.
Даша открыла, и она была в слезах, но посторонилась. Провела на кухню, где мы стали общаться. Как я и боялся, она ничего не вспомнила. Но она хотела откровенности, поскольку разговваривала обо мне с родителями. Я подтвердил её догадки, она успокоилась. Но потом я понял, что открываться нельзя. Раз она не вспомнила, значит, не время ещё. Ведь не просто так она заблокировала себе память. Значит, так было нужно. А значит, надо выяснить, кто такой Дима и что ему надо. А, значит, пусть всё остаётся как прежде. Я по собственному желанию отпускаю её к другому. Неужели я уже того?
